Принцип домино. Покой

– Тогда помоги мне. Ты знаешь, я в долгу не останусь. Обучение в колледже удовольствие не из дешевых, Сед. Двое детей, больничные счета матери… – Ларссон всегда знал, на что давить. Он не хотел обидеть старого друга, но сейчас принцессе как никогда требовалось помощь ее маленьких пташек.

– Лиам, – Сед уронил голову на руки, – как же ты не поймешь, глупый Ларссон, что не все измеряется деньгами.

– Хочешь сказать, тебе они не нужны? – Ли удивлялся, как Седрик мог так измениться за последние пару-тройку лет.

– Ли, – произнес он на выдохе, – у меня двое детей, замечательная жена, пусть малооплачиваемая, но работа. Каждый день, когда я прихожу домой, они рядом. Они ждут меня. Я дорожу ими больше всего на свете. Этого нельзя купить ни за какие деньги, – Сед поднял на Лиама глаза, светившиеся счастьем, – если бы ты хотел, ты бы тоже это понял.

– Что ты знаешь… – вскипел Ларссон, но замолчал, вспомнив, с кем говорил.

– Вот именно. Я все отлично знаю. И ты дурак, Ларссон, раз не настоял на своем, – в голосе Седрика слышалось осуждение.

– Помоги мне. Я прошу тебя. Назови цену. Что угодно, но мне нужна помощь, Чан, – Ларссон уронил голову на руки.

Уверившись, что Чан поведется либо на обаяние, либо на деньги, Лиам прогадал. Что-то в нем ускользнуло от Лиама, или Седрик оказался не таким поверхностным, каким казался раньше.

– Я помогу. Но не ради денег и не ради чего-то еще, – Чан многозначительно обвел Лиама взглядом. – Ты пришел ко мне за помощью, как друг.

– Только потому, что я попросил? – усмехнулся Лиам, глядя на детей Седрика, качавшихся на качелях.

– Нет, потому что ты попросил, – подытожил Чан, сделав ударение на последнем слове. – Лиам, – тихо позвал он, – она ни о чем не догадывается?

– Все никак не было случая сказать, – Ларссон потупил глаза, ковыряя песок носком ботинка.

– Ты действительно дурак! – Сед тепло улыбнулся. – Был рад увидеть тебя, Ли, но, сделай одолжение, забудь мое имя.

– Что ж, тогда это мои извинения за причиненные неудобства, – Лиам положил на скамью желтый бумажный пакет и направился прочь с детской площадки, где его прошлое смотрело на него темно-оливковыми глазами из-под толстой оправы старомодных очков.

Ларссон просматривал, что Чан сумел достать из закрытых баз данных. За подобные действия Седрику светил тюремный срок, но ради помощи Лиаму он снова рисковал.