Ты не маг! История проклятого рода

Ей не верилось, что он разрешит ей принять участие в сражении.

– Да, – конунг еще раз улыбнулся.

– Вот бы поскорее, – мечтательно протянула Мирэн.

Неожиданно спрыгнув с колен отца, девочка, возбужденно блестя глазами, обошла стол с другой стороны и начала закатывать рукава.

– Увидишь папа, – наисерьёзнейшим голосом заговорила дочь, – я стану самой лучшей колдуньей, самой сильной и мужественной правительницей, как мои умершие предки, как ты. Нет! Я стану намного лучше!

Нахмурив брови, Мирэн сосредоточенным взглядом уставилась на перо.

– Я тебя не подведу, – тихо добавила она.

***

Из воспоминаний меня выдернул настойчивый звук академического колокола. Дзын-дзын. Еще несколько глухих ударов и он замолчал, возвещая о начавшихся занятиях.

Проклиная злосчастную Колдовскую Академию, я нехотя поплелась в сторону замка.  Никакого смысла в спешке теперь не было. Я все равно уже опоздала. Минутой раньше, десятью позже. Положение мое от этого сильно не изменится.

И все же я ускорила шаг.

Преподаватели, как правило, не дают поблажек, будь ты хоть дояркой из глухомани, хоть наследницей престола. Наказание для провинившихся всегда одно, а именно: переписывание правил Колдовской Академии в точности строчка в строчку.

Я вспомнила увесистую книгу, в которой текста не меньше чем на семьсот страниц. По телу пробежали неприятные мурашки. Этот свод правил, я переписывала уже пять раз, если не считать возможного сегодняшнего наказания. На самом деле желание пропускать уроки и юлить на экзаменах, я уже молчу про другие правонарушения, напрочь отбивается после первого же переписывания.

А на это, кстати, уходит примерно месяц. Прощай выходные, прощай свободные вечера.

Да здравствует монотонное сидение за дурацким учебником!

Я пробежала мимо маленького ботанического сада. Прекрасное на мой вкус строение было выполнено из непомерно  дорого горного хрусталя. Незнающий этого места аанд мог из любопытства подойти к буйно цветущему прямо посередине лужайки саду из очень редких растений, и тут же встретиться носом с невидимой преградой.

  Как я говорила, мне очень нравилось это строение, потому что в нем не было ничего лишнего. Если точнее, то его не было видно вообще. Тончайший горный хрусталь в прозрачности не уступал родниковой воде, и наблюдать его можно было только в очень солнечный день, или лунную ночь. В этом случае  изысканное стекло начинало чудесным образом искриться и блистать.

Зрелище невероятной красоты.