Беги, если успеешь

– Ладно пишешь, майор! – зычно хохотнул Кияненко, взглядом приглашая мрачного Дудника разделить вместе с ним веселье. – Ты, как в анекдоте, с кем сейчас разговаривал?.. Я что-то ни хрена не понял!

– Господин Гуров не майор, а полковник, – укоризненно поправил Вазалевский. – И вообще, Олег, ты бы посерьезнее, что ли…

– А нам по хрену – майор, полковник… У нас тут выше майора чина нету, ха-ха! А серьезным я сегодня быть не могу – у меня получка сегодня. И отгул, между прочим. Так что я сейчас бабки за пазуху и в кабак! А вы оставайтесь тут… выясняйте обстоятельства…

Он протянул руку за деньгами, которые все еще находились у Дудника.

Но тот неожиданно убрал в сторону кулак, в котором были зажаты купюры, и негромко, но внушительно произнес:

– Ты еще не в кабаке, поэтому веди себя прилично. Что это за базар? Перед тобой человек стоит в два раза тебя старше, полковник, а ты тут комедию ломаешь! Я чему тебя учил?

– Ну ладно, Григорий Михайлович… Чего я такого сказал? Пошутить нельзя, что ли? Настроение хорошее – получка, – вот и пошутил маленько…

– Не умеешь шутить – лучше помолчи, – уничтожающе сказал Дудник и сурово добавил: – Вот поговоришь с нашими гостями – тогда и деньги получишь.

Все, ступай!

Саша, до сих пор молча покуривавший у окна, рассмеялся. Кияненко бросил на него злой взгляд, но ничего не сказал и, поднявшись со стула, буркнул в сторону Гурова:

– Ну, давайте свои вопросы, что ли!

– Выйдем на свежий воздух! – предложил Гуров.

Кияненко не стал спорить.

Вазалевский, было, тоже увязался за ними, но Гуров попросил его подождать в помещении. Вопросы лучше задавать, когда рядом нет суфлеров.

Они вышли на веранду и облокотились на балюстраду. Кияненко, прищурившись, смотрел на море.

– Нам говорили, что вы два дня провели вместе с Рештиным, – начал Гуров. – Расскажите об этом подробнее, пожалуйста.

– Чего рассказывать-то? – с горечью подневольного человека сказал Кияненко. – Нечего там рассказывать. Сходили на катере до Трех Скал – и все дела.

Чего там больно рассказывать?

– И все-таки. Рештин исчез, не вернулся домой. Нам важно знать каждую подробность. Оброненное слово, телефонный звонок, клочок газеты… Любая мелочь может дать ключ к поискам.

– Да не было никакой газеты! – раздраженно отозвался Кияненко. – Пришли к скалам, легли в дрейф, потом этот чудик баллоны напялил и стал нырять. Нанырялся до соплей и запросился обратно. И наутро то же самое. И никуда он, по-моему, исчезать не собирался.