Соломенные куклы

Поцелуй обжег меня, прострелив тело насквозь. Перед глазами поплыло, а желание воспротивиться растворилось в слабой дрожи. И я неожиданно для самой себя ответила на поцелуй нойлана!

«Ну и что ты творишь?» – вкрадчиво поинтересовался мой внутренний голос.

Я с удивлением обнаружила, что откровенно прижимаюсь к груди адамана, а мои ладони возбуждено скользят по его массивным плечам… Я мгновенно отстранилась, напуская на себя независимый вид. К счастью, Тайрон не стал требовать продолжения. Он наградил меня оценивающим взглядом, после чего окликнул Роберта и вышел с ним из палаты.

Я обессиленно опустилась на край кровати и в смятении обхватила себя руками. Мои губы по-прежнему горели после ласок мужского языка, а на коже сохранился аромат нойланского парфюма. Вдобавок меня начало знобить…

Неужели на меня так подействовала близость Тайрона?

«Не выдумывай ерунды! – мудро изрек внутренний голос. – Твое странное состояние – всего лишь побочное действие яда!»

«Ну да, – откидываясь на спину и закрывая глаза, подумала я.

Следующие два дня доктор Фитц и Ирис буквально спасали мою жизнь. Чтобы облегчить мое выздоровление, меня почти все время держали под снотворным. К сожалению, это слабо помогало, потому что даже сквозь сон я чувствовала, как пылаю в агонии. Фитц искусственно поднимал мне температуру тела, отчего я металась в бреду и мучилась от нестерпимого жара. Мышцы то ломило, то сводило судорогами, а сердце заходилось в груди, рискуя разорваться! Заканчивалось все также резко, как и начиналось – и несколько часов я проводила в счастливом забытьи под монотонный писк аппаратов.

Почувствовать себя вновь живым и здоровым человеком мне удалось лишь на третий день моего лечения. Доктор Фитц отметил мое состояние как стабильное и удовлетворительное, после чего дал мне разрешение переселиться из лазарета во дворец.

– Яд полностью нейтрализован и выведен из организма, но вам потребуется еще немного времени для полного восстановления, – занудным тоном объяснял мне лекарь.

– И не сдохните от скуки! – закончила я. Хотя доктор и вызывал у меня справедливое чувство уважения и благодарности, но все равно я не могла отказать себе в удовольствии немного подразнить его.