Иные миры. Открывая зеркала

– Джек, слушай, но если наши родители все это время… столько лет находятся запертыми в ином мире, какими тогда мы их найдем? Что от них останется, как от личностей?

– Не стоит сейчас об этом волноваться. Для начала их нужно найти. А чтобы их найти, нам нужен артефакт, – серьезно ответил Джек, внимательно взглянув на Вэл. И только дрогнувшая мышца у левого глаза выдала его настоящие эмоции.

– Можно ли как-то предотвратить появление разломов? – сменила тему Вэл, решив действительно не поддаваться сейчас размышлениям о родителях.

– Увы. Ничего ни в этом мире, ни в любом другом вечного нет. Да и потом, постоянное вторжение с нашей стороны не придают им прочности, это уж точно.

– То есть, – медленно произнесла Вэл, склонив голову на бок, – для того, чтобы сохранить мир, нам нужно его сначала начать разрушать? И в любом случае, рано или поздно мир треснет?

– Мир треснет пополам, – посмеялась Эл, но тут же наткнулась на недовольный взгляд сестры, которая посчитала ее шутку неуместной.

– Замкнутый круг, получается, – добавила Вэл.

– Получается. Да, Вэл, ты абсолютно права. У всего своя цена, – Джек дотронулся до ее руки и сразу отдернул, будто забылся.

Заметив этот быстрый жест, Эл приподняла в удивлении бровь. Разумеется, ей не понравится, если Джек начнет проявлять интерес к ее сестре. Он же ей совершенно не подходит! Это же Вэл! Такая хрупкая, романтичная. А он так всегда доволен собой. Настоящий напыщенный индюк. Нет, определенно нет. Она против! Делая медленные глотки сока, Эл наблюдала за реакцией сестры.

Вряд ли что-то подобное посещало голову Вэл, к нему она уж точно не испытывала никакого интереса. И в этот самый момент она просто сделала вид, что ничего не заметила. И, встав из-за стола под предлогом убрать посуду, направилась на кухню.

Спустя час расспросов со стороны Джека о мире и детальных записей в своей тетрадке-альбоме он наконец-то удалился в потайную комнату за зеркалом. Сестры, стоящие в ожидании, чувствовали какую-то опустошенность внутри.

Словно энергия кончилась, и хотелось только лежать. Подобная эмоциональная встряска уж слишком высасывала силы, и испытывать подобное ежедневно казалось катастрофичным.

Джек вышел, держа в руках достаточно большого размера зеркало. Краска облупилась, а круглая рама, обрамляющая его, выцвела. По желтым пятнам, что еще оставались, можно предположить, что раньше рама представляла собой солнце с торчащими закругленными лучами.