Бойцовская честь

Так что к декабрю 2011 года я разговаривал с легендой, а сам в это время…

У меня самого наступил черный период в жизни. Вот уже три месяца как я был безработным. Кроме того, я поругался с любимой девушкой, и планов на будущую жизнь у меня не было. Все накопленные сбережения быстро таяли, и теперь после мотаний по собеседованиям я брел домой. Как так случилось? Да очень просто. Сначала я уволился из своей корпорации. А потом начал искать то, чем хотел бы заниматься всю жизнь. Я понимаю, это звучит немного странно: в свои 22 я еще не знал, чем я хочу заниматься, кем я хочу стать, а при этом денег не было.

Вот и спустя несколько месяцев мотаний по собеседованиям я так и не понял, чего я хочу от жизни. Разумеется, я не пример для подражания – безработный, одинокий в этом чертовом троллейбусе, но какой есть герой, таким и принимайте. Молний я метать не умею, паутину плести тоже. А вот в историю попасть, где меня хотят убить, – это запросто, на это у меня талант. Тогда я еще не знал, что этот звонок на остановке очень скоро изменит все мое серое существование.

Добравшись домой, я открыл дверь в свою берлогу и тут же услышал вой из зала:

– Колян! Ты пожрать чего-нибудь принес?!

Нет, это не мои родители. Они у меня вежливые и интеллигентные люди. Нет, это не моя девушка, мы с ней уже два месяца не общаемся. Чудовище, которое это кричит, зовут Алекс. Мой хороший друг Алексей Межоннов. Пока я, с красными щеками от мороза, тихо матерясь, снимал обувь в крохотной прихожей, в коридор вышел Алекс, держа в руках пюре «Роллтон».

Поглядев на меня, он повторил:

– Не купил ничего?

– Нет, – устало ответил я и тяжело уселся на пуфик. Подняв глаза на друга, я спросил: – Как ты эту гадость ешь?

– Во-первых, когда жрать нечего, приходится выживать так, – заявил Алекс, помешивая «блюдо». Он отправил еще одну ложку в рот, затем сказал: – Во-вторых, это не просто пюре «Роллтон». Это блюдо я придумал сегодня утром, часов в двенадцать, когда шарился в нашем холодильнике в поисках еды.

– И?

– Там я нашел кусок сыра и кусок колбасы, – продолжил он. – Я наскреб мелочи на пару «Роллтонов» пюре, заварил их, потер туда сыр и забросил колбаску. Оказалось очень даже неплохо. Я назвал это блюдо «Крошка-пюрешка», это как «Крошка-картошка», только «Крошка-пюрешка», – пояснил он.

– Спасибо, что объяснил. Иначе я бы не понял твоего великого замысла.

– Да не за что, братан, – растянулся в улыбке Алекс и снова исчез в главной (и единственной) комнате.