Лес Потерянных Душ

– Иногда вещи, доставшиеся нам от ушедших родных – единственное, что греет нашу опустошенную душу, – понимающе сказал Егерь.

– Да, – вздохнул Август, а затем, помедлив, продолжил. – Но я все потерял. Я мог бы стать таким же великим музыкантом, как отец. Но я бросил музыку, когда сбежала жена. А ничем другим я зарабатывать не мог. Именно тогда я встретил своих друзей. Они, можно сказать, вытащили меня из нищеты. По крайней мере, я больше не голодал. Они не дали мне пропасть, но пришлось продать свою скрипку, чтобы выплатить долг за одного из них, когда тот попал в неприятности.

Но у моих друзей всегда находилась для меня работенка, конечно, порою она была грязной. Но выбора особо не было. Они заменили мне семью, когда все остальные отвернулись.

Егерь хмыкнул, а Август сам не понимал, почему он так разоткровенничался с этим угрюмым великаном. Почему он безропотно следует за ним через этот страшный темный и заснеженный лес в неизвестность, но остановиться мужчина уже не мог. Неведомая сила тянула из него слова, складывавшиеся в признания.

– Совсем недавно один из моих друзей предложил мне пойти на дело. Работа была непыльная, всего-то проникнуть в дом местного торговца и забрать выручку, которую, как оказалось, дурак прятал под половицей. Но попав в дом, я нашел больше, чем мы думали. Там были украшения. Драгоценности. Я нашел их и, конечно, сказал друзьям. Мы семья, а значит делим все поровну. И вот мы сидим в таверне, празднуем. Празднуем…

Август застыл как вкопанный на месте посреди заснеженного леса.

На его лице отражалась масса эмоций – недоумение, осознание, страх. Худые плечи под тонким засыпанным снегом плащом затряслись. Сколько раз уже Егерь видел подобное.

– Где я? – дрожащим голосом наконец спросил Коротышка, оглядываясь на высокие деревья, на шуршащие по снегу тени за ними. – Я что…

– Ты умер, – спокойно ответил Егерь, глядя прямо на Августа своими синими глазами.

–Умер? – непонимающе заморгал тот.

– Твои друзья решили, что делить с тобой добычу не будут, – устало вздохнул Егерь.

 – Им надоело делиться с тобой. К тому же, кто-то тебя видел, когда ты выбирался из окна дома торговца. А это значит, что тебя легко могли найти, значит выйти и на них. Свобода им была дороже, поэтому они избавились от тебя после вашей пирушки в таверне, стукнув по голове в темном переулке.

Губы Августа задрожали, худое тело затряслось, трясущимися руками он обхватил себя, будто стараясь спрятаться от жестоких слов.