Город двух лун. Первая книга романа «Завет Нового времени»

– Нет, – сказал Кандидат, отмахиваясь. – Тамплиеры – дети в сравнении с теми, кто их обучил делу и позволил разбогатеть. Всем своим положением и богатством они были обязаны нашим паханам.

– Эй, Мужик! – окликнул Бывалый затаившегося на нарах мужчину лет пятидесяти. – Слыхал?

Мужик всё слышал и теперь улыбался. Но, когда он взглянул на Кандидата, тому показалось, что Мужик обнажает зубы. Связки на его шее сильно напряглись, а сам он хоть и лежал, а был – как взведённая пружина. Он легко для своих лет отжался от нар и в прыжке перемахнул через них.

По-кошачьи приземлившись на четыре конечности, он выпрямился и, потерев ладони, выдохнул:

– Х-хто такие?

Михаил смотрел на Мужика и видел, как у его виска пульсирует вена.

– Неужели никогда не слышали? – спросил он, как можно естественнее разыгрывая удивление. – Очень известные личности.

– Говори, – произнёс Мужик, продолжая скалиться.

– Самый крутой, – сказал Михаил, – Моше Ребейну.

Мужик кинул взгляд на Бывалого, и тот кивнул:

– Был такой крутой, – сказал он, – из принцев Египта.

Кинул братца-фараона на золото и увёл из рабства целый народ, с которым говорил от имени Бога.

– Считается, – сказал мужик, загибая палец, – кто ещё?

– Шимшон. Ну, то есть, Самсон, – назвал имя Михаил.

Мужик продемонстрировал полное непонимание.

– Самсон и Далила! – подсказывал Михаил Бывалому, а тот лишь морщил лоб и качал головой. Наконец, он спросил:

– Это тот, с длинными волосами?

– Тот! – обрадовался Михаил эрудиции Бывалого.

– Ну-у-у-у! – зарычал Бывалый. – Этот Самсон был зверем. Он в натуре пасть льву порвал!

– А когда на него напала тысяча филистимлян, – подхватил Михаил, – он ослиной челюстью отбился от преследования.

– Погорел на бабе, – сказал Бывалый Мужику.

– Да, – сочувственно кивнул Мужик и закурил.

– Потом был Давид, – сказал Михаил. – Он был подростком-пастухом, когда попал в армию царя Шауля. Как раз, когда предводитель филистимлян предложил решить исход сражения поединком двух лучших воинов и выслал для состязания трёхметрового великана Голиафа.

– Выберите человека, – крикнул тот, – и пусть он подойдёт. Если он убьёт меня, мы будем вам рабами, если я убью его – будете служить нам!

Никто не решился противостоять великану, вооружённому дротиком, мечом и луком. И тогда Давид принял вызов. Он вышел на бой с филистимлянином, вооружённый палкой и кожаным ремнём, мгновенно превращавшимся в пращу, и пятью камнями.