Город двух лун. Первая книга романа «Завет Нового времени»

 – В белых одеждах… что белее снега зимой… Что это было?

– Эпизод моего уголовного дела, – сказал Кандидат и грустно улыбнулся.

– Гипноз, что ли? – спросил молодой.

Михаил не ответил. Он, молча, потянулся и подошёл к окну. Закурив, он выпустил дым в форточку высокого тюремного окна.

– Морячок, а что было в руках Иисуса? – спросил Михаил с надеждой.

– Так ведь… Крест! – вспомнил Морячок. – Точно! В одной руке – крест, в другой… не помню – что.

– Свитки, – подсказал Михаил, – он нёс в руках свитки.

– И о чём там, в этих свитках, конкретно? – спросил Морячок.

– О сверхчеловеке, – сказал тихо Кандидат, но так, что его услышал каждый.

– Да иди ты! – хохотнул Морячок. – Докажи!

– Иисус учил человека сверхвозможностям.

Каким?

Разным. Тем, которыми владел сам. В этих свитках он учил человека тому, как исцелить себя, своё тело, свои мысли, свой внешний и внутренний мир. Как в чистоте своей причащаться к Ангелам утра в делах повседневных и Ангелам ночи для дел не суетных.

Он разъяснял модель МИРА и учил, как сделать его совершенней…

– Ну? – промычал Молодой.

– Не нукай, не запряг! – наехал Морячок. – Ты что, не понял, насколько это не про нас?

– Это как раз про нас, – возразил Михаил, улыбаясь, – если мы не хотим тотального уничтожения людей с лица Земли, другого пути у нас уже нет.

– Может, кто и хочет, только не я, – сказал Молодой.

– И я не хочу, – искренне сказал Морячок.

Мужик согласно кивал головой, а Бывалый спросил:

– А кто тогда хочет?

– Никто не хочет.

Но изменить себя и полюбить ближнего, как себя самого мало кто сегодня может… – Молодой перебил Кандидата заливистым хохотом, но тут же получил удар по почкам.

– Продолжай, – заинтересованно сказал Бывалый.

– Так вот. Тут не смеяться надо. Ведь если не полюбить… если всё оставить, как есть… то уже сегодня планета может оказаться без городов, деревень, зон и тюрем. Без нашей «крытки» и колючей проволоки. И не будет ни конвоя, ни сук.

Но не будет и мужиков, и тех, кто мог бы помянуть сметённое с лица Земли человечество, – Михаил замолчал. Ветер бессильно взвыл и умолк, а в наступившей тишине было слышно, как на лампе спариваются мухи.

– Никого! – прервал тишину Морячок. – Чистая планета. Без параши… – От его слов стало ещё тоскливей.

ИИСУСОВЫ РЕЛИКВИИ

Бывалый вдруг оказался за спиной Михаила и прошептал ему на ухо:

– Сдаётся мне, не крест, а кинжал был в руках Иисуса.