Формула Утриллова

Амелия, выпив красного бакинского вина, несколько расслабилась и даже разговорилась. Они ели каре ягненка на ребрышках в соусе с розмарином, абрикосами и кедровыми орешками, сырные трюфели, осетрину (впервые за шесть лет Павла от нее не тошнило) и рулетики из жареных баклажанов с грецким орехом и зернами граната. Амелии уже нравился Павел, впрочем, по ней этого было понять невозможно. И Павел не понял, поэтому, чтобы не гадать, сразу же предложил поехать к нему и заняться сексом.

– Сексом?– переспросила она, сделав вид, что не вполне расслышала.

– Да. Потому что лучшего способа познакомиться просто не существует.

Конечно, она была не готова к этому. Вот так запросто перескочить конфетно-букетный период, долгое романтическое ухаживание, это было даже обидно! И конечно, она хотела наотрез отказаться.

Но согласилась.

Дальнейшее было полным кошмаром. Квартира была однокомнатная, санузел совмещенный, обои (персиковые) и мебель старые, к тому же Павел курил и на кухонном столе, накрытом вытертой розовой клеенкой, стояла полная окурков пепельница.

Запах был затхлый, потому что он забыл открыть форточки, чтобы проветрить, что было тем более нелепо в теплый, хотя и пасмурный сентябрьский день. И никаких пластиковых окон, никакого евроремонта и почти никакой еды. Зато была бутылка красного полусухого вина, захваченная в ресторане. Павел ловко открыл ее штопором, они выпили по бокалу, и он тут же налил по второму. И пока Амелия принимала душ, в ее бокале оказалась порция препарата. Вернее, полпорции, самая-самая слабая доза, только чтобы все не сорвалось в последний момент.

В результате, когда он в свою очередь вышел из душа (неправильная очередность!), она первой набросилась на него.

Вернее было так. Она сидела, откинувшись на подушки дивана и широко раздвинув ноги, совершенно голая, изнемогая от жара, волнами исходившего из глубины ее тела. Павел был в махровом халате.

– Тебе не холодно? – все, что он нашелся сказать.

Вместо ответа она сдвинула и развела ноги. Он опустился пред ней на колени и осторожно прикоснулся языком к капюшону клитора, она глубоко вздохнула, он прикоснулся еще раз и мягко, медленно задвигал языком снизу вверх и вправо-влево, не пытаясь обнажить клитор, а легко скользя по нему, едва касаясь.

Лобок и половые губы покрывали курчавые волосы, и это его возбуждало, но он знал, что сдерживаться нужно столько, сколько возможно.