Казнить нельзя влюбиться

Глаза вроде зеленые, но тут такие у многих.

– Эрахнит ты тоже по указке Шеймуса украла?

– Разумеется.

Огнияр сильнее нахмурился и какое-то время молчал.

Наблюдал за тем, как я заканчиваю заплетать косу, потом произнес задумчиво:

– Ты знаешь, что существует четыре эрахнита, верно? Четыре артефакта, которые охраняют остров Гхоран от человеческих глаз. Они очень хорошо спрятаны, каждый выполняет свою функцию. Были хорошо спрятаны…

Огнияр побарабанил пальцами по отполированной столешнице и продолжил:

– Один эрахнит был спрятан так глубоко, что за давностью лет оказался потерян.

Второй хранился в сокровищнице. Вроде бы такой охраняемой, но ты его выкрала с пугающей легкостью…

Тут я не удержалась от самодовольного смешка.

–…осталось еще два эрахнита, сохранность которых теперь под большим вопросом. Если их все найти и уничтожить, то защитный купол Гхорана не просто падет – он погребет за собой весь остров. Утянет в воронку небытия, сотрет тут все с лица земли. А взрывная волна будет такой, что доберется и до суши.

– Зачем было ставить такую защиту, от которой может кануть в лету целый огромный остров, и пострадают страны на побережье Тихого океана? – фыркнула я.

– Это уже вопрос к нашим Древним, не я все эти эрахниты придумал, – хмыкнул Огнияр. – Но прошлое сейчас не имеет значения. Имеет значение только то, что эрахниты надо перепрятать. Но для этого их надо бы найти…

– А в чем проблема?

– В карте, – неохотно ответил Огнияр. – Я подозреваю, что Шеймус похитил карту эрахнитов, у нас в министерстве даже копий никаких не осталось.

Одно лишь упоминание на то, что без карты до артефактов не добраться. Эрахниты ведь спрятаны в лабиринте грёз, в котором без карты можно сгинуть навек. А тебе, я так понимаю, одну из таких копий как раз и дали.

– Неправильно понимаешь. Нет никаких копий.

– Но как же…

– Можно сказать, что мне показали карту, – пояснила я. – В руки никто ничего не передавал, но я увидела достаточно и теперь знаю путь к эрахнитам.

У меня вообще отличная зрительная память, не свойственная обычному человеку. Думаю, именно поэтому Шеймус и выбрал меня в качестве исполнителя – из-за отменной памяти.

Огнияр нахмурился еще больше и смотрел на меня таким пронизывающим взглядом, словно бы пытался залезть в черепную коробку. Я старалась дышать ровно и выглядеть максимально естественно. Шеймус предупреждал меня о том, что Эверохский не терпит вранья. Но сейчас я не врала.