Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание

 – И начну прямо сейчас, если ты не против.

– А если против?

– Все равно начну.

– У меня отличная спортивная форма, между прочим! Вот убегу от тебя в страхе – будешь сам до Лакора добираться!..

– Убежишь? Думаешь, от меня можно так легко и просто отделаться? Если мне что-то нужно, я это просто беру и…

Дверь в амбар скрипнула, и я изо всех сил отпихнула от себя Фьюри, толкая его в ближайший стог сена. Вовремя: в двери показалась голова мрачного лакея, который как раз и говорил мне зайти в амбар. Он подозрительно обвёл взглядом все помещение, но ничего примечательного не заметил.

Торчащие из сена босые ноги с его ракурса видно не было, благо Фьюри притих и не подавал признаков жизни, сообразив, что дело пахнет гарью.

– Вы еще здесь, мисс Риччи? – недовольно нахмурился лакей.

– Считайте, что уже нет! Вот, как раз возвращаю сундук Лики на место, – ослепительно улыбнулась я, отскакивая подальше от стога сена с лежащим в нем Фьюри, чтобы отвлечь внимание на себя. – Немного запуталась в заклинаниях, знаете, я же только учусь, не всё сразу получается…

Я вернула сундук подруги на место и убрала в карман свой, уменьшенный и облегчённый магией.

Лакей довольно кивнул и проследил, чтобы я направилась в сторону калитки, выходящей на улицу. Шла я медленно, надеясь, что лакей отвернется, покинет амбар, чтобы я могла уйти вместе с Фьюри. Демоны, а что делать, если он не отвернется да еще каким-нибудь хитрым заклинанием закроет за мной калитку?..

К счастью, хоть тут нам повезло, и лакей закрыл за собой дверь, увидев, что я открыла калитку и уже шагнула на улицу.

– Пс-с-с! Эй, п-с-с! – обратилась я к Фьюри. – Можешь вылезать! Да поскорее, пока путь чист. Надо тебя переодеть и…

Я запнулась, глядя на взбешенного Фьюри, выкарабкивающегося из стога сена. Делал это он весьма уморительно, так как без посторонней помощи вылезти было непросто. Всклокоченный, с сеном в волосах, он выплюнул попавшую в рот травинку и глянул на меня та-а-аким красноречивым взглядом, что я тут же пожалела о том, что родилась на свет.

Больше всего Фьюри сейчас напоминал мне разъяренного быка, увидевшего перед собой красную тряпку. Воздух вокруг него сейчас натурально вибрировал от всплеска эмоций.

– Меня, самого? архана аристократических кровей, – обманчиво тихим ласковым голосом произнес он, надвигаясь на меня, – запирать в сундуке с женскими чулками, трясти на ухабах, швырять в стог сена… А ты воистину благородна, госпожа Белладонна.