Укроти меня, или Грани раскола

В Армариллисе адепты разбиты на маленькие группы по шесть-восемь человек, и формируют их не по возрасту, а по уровню магического развития и по сфере направленности. Вот как, например, наша пятая группа была связана с магией огня.

В основном преподаватели занимались именно с такими маленькими группами, но, конечно, также у нас проходили многочисленные совместные занятия и с другими группами. Преимущественно – тренировки, лекции в Армариллисе вообще читали мало. Большую часть знаний мы получали непосредственно на практике, так что и лекции у нас чаще всего были совмещены с тренировками.

В общем, состав учебных групп периодически менялся, и порой между адептами одной группы была существенная разница в возрасте. Так, например, Патрисия удивила меня тем, что вместе с нами обучалась в том числе Полли Левинтон, которой было только двенадцать лет.

– Между собой мы зовем ее малышка По, но не смей назвать ее так случайно в лицо, иначе узнаешь на себе, каков гнев маленькой злой саламандры в действии, – с улыбкой предупредила Патрисия.

Грей очень охотно закивал, потирая шею, на которой виднелся остаточный шрам словно бы от ожога. Кажется, с гневом малышки По он был знаком не просто на словах.

Какое-то время мы мило болтали обо всем и ни о чем, ребята рассказывали мне, чем они занимались на прошедшей неделе, и что с завтрашнего дня у нас была объявлена неделя сплошной боевой практики.

– А круто вы там с Калипсо зажгли, – произнес Грей в один момент. – Мы с Патрисией из окна тут наблюдали.

Грохот стоял такой, что вся академия, наверное, пялилась в окна. Я когда Дыхание тьмы, летящее в тебя, увидел, у меня аж душа в пятки ушла! Думал – ну всё, Калипсо совсем чокнулся, и от его противника, то есть тебя, сейчас ничего не останется. Но ты отбилась! И как эффектно отбилась, вау-у-у! Я под впечатлением, Лора, это выглядело очень круто. Кстати, мы не сразу поняли, что это ты там с Калипсо в смертельной схватке пляшешь, очень удивились, когда узнали правду.

Я криво улыбнулась.

М-да, Лора, ты вошла в академию с максимальной громкостью, ничего не скажешь.

– Он меня раздражает, этот младший Брандт, – скривилась Патрисия. – Слишком заносчивый и самоуверенный.

Я тихонько хмыкнула, поглощенная своими мыслями и поеданием фруктовой тарелки.

Да-а-а, Калипсо такой. Заносчивый, самоуверенный, вредный до невозможности. Ни стыда, ни совести у него нет, как говорится.

Обожаю просто.

– Конечно, раздражает, – охотно поддакнул Грей.