Черные хирурги

Дверь офиса открылась, как это всегда бывает, неожиданно. Гужов вышел быстрым шагом, поднял руку, и его машина отозвалась двойным кряканьем отключенной сигнализации. Бросив большую черную папку на сиденье, он уселся за руль и завел мотор.

Не доходя до угла Киселева и Вольской, Гуров занял позицию. Слева за перекрестком у театра юного зрителя был пост ГИБДД, поэтому все предстояло проделать вне их поля зрения. «Лексус» сдал задом, вывернул колеса и газанул в сторону перекрестка. Гуров примерился и кинулся с тротуара наперерез.

Удар передней фары он принял ладонями согнутых в локтях рук, но его все равно закрутило и швырнуло на асфальт боком. Зажатая под рукой борсетка выскочила и упала рядом. Кто-то пронзительно взвизгнул женским голосом. «Маша не видит, а то оценила бы мою актерскую игру и признание зрителей, – подумал сыщик. – Хотя… лучше бы ей этого не видеть и не знать».

Хлопнула дверца машины, рядом на асфальте появились светлые легкие мужские туфли.

– Ты чего, мужик, спятил? – нервно проговорил сиплый голос Гужова.

 – Откуда же ты взялся-то на мою голову? Живой, что ли?

– Да живой, – старательно кряхтя, ответил Гуров и стал подниматься с асфальта, первым делом подхватив борсетку с пистолетом.

– Ты чего под колеса кидаешься, слепой?

– Извините, не заметил я вас, – виновато ответил Гуров. – Я без претензий, сам виноват. Нога что-то… Вы меня подбросьте пару кварталов, мне в статуправление надо. Не дай бог сейчас кто милиции сообщит, а они тут за углом.

Бритоголовый водитель «Лексуса» мгновенно оглянулся.

Гуров уже брался за ручку двери машины, не оставляя бритоголовому выбора. «Лексус» тронулся, чуть задержался на нерегулируемом перекрестке и вывернул влево. Гуров тер колено, болезненно морщась, и выжидал, когда машина остановится на пешеходном переходе. Загорелся красный свет. Гужов затормозил и сидел, молча глядя вперед на пешеходов. Рядом на тротуаре топтался лейтенант с полосатым жезлом.

– Ну, здорово, Борман! – весело сказал Гуров бритоголовому.

 – Неплохо жить стал. Привет тебе от Гвоздя.

Гужов вытаращился на своего пассажира, бегая взглядом по его лицу и одежде. Сзади засигналили, но «Лексус» не трогался.

– Ты давай, газуй, Борман. Не привлекай внимания милиции. Незачем тебе это, – бодро распорядился Гуров, оставив в покое свое колено. Пригнулся к плечу Гужова и громким шепотом добавил: – Очень Гвоздь на тебя обижен.

– Кто вы такой, черт… – процедил наконец Гужов сквозь зубы и тронул машину вперед.