Чужой среди чужих

Гурову все это было прекрасно известно, однако он посоветовал Крячко не обольщаться.

– Незваный гость, сам понимаешь… – сказал он ему, когда они расходились от вокзала в разные стороны. – Ты даже не удосужился предупредить человека. Свалишься ему как снег на голову. Когда он вежливо выставит тебя за дверь, найдешь меня в гостинице. Думаю, сегодня я весь день проведу здесь. И к обитателям присмотреться надо, да и устал я, признаться… В жизни не приходилось пересекать такое количество границ за столь короткое время!

Крячко согласился, что испытание выпало им непростое и они заслужили небольшой отдых.

– Сейчас действительно главное – присмотреться, – сказал он. – Не факт, что наш Базиль осел именно в этой гостинице. И вообще, в этом ли он городе? Вопрос! А я явлюсь с утра. Как штык! Санек меня выгнать никак не может, не верю. Все-таки родная кровь, хоть и зовется седьмая вода на киселе.

Мысленно Гуров сильно сомневался в надеждах друга. Тот ведь даже не мог толком определить, каким таким родственником является ему этот самый Санек.

Седьмая вода на киселе – это было самое расхожее его объяснение. Слава богу, что он хотя бы знал имя и фамилию этого человека и примерный возраст. Поскольку Санек Державин (так звали родственника) еще не разменял сорока, Крячко решил, что будет называть его племянником.

– А вдруг все как раз наоборот? – насмешливо поинтересовался Гуров. – И племянник как раз ты? Если человек лучше разбирается в хитросплетениях вашего генеалогического древа, то он может здорово обидеться!

– Не может такого быть! – уверенно возразил Крячко.

 – Наше дерево не какая-нибудь там ива плакучая. Наше древо – это, знаешь, такой дуб! Эвкалипт! Нервы у наших мужиков, как канаты. Ты когда-нибудь видел, чтобы я обижался? Ну вот! Уверен, что и племянник мой из того же теста…

– Я насчет племянника не беспокоюсь, – подначивал его Гуров. – Я больше насчет дяди…

Крячко с легкомысленным видом махнул рукой.

Он был непрошибаем. К тому же его беспокоило сейчас совсем другое. Он уже мысленно представлял себе неспешную беседу с дядей-племянником за бутылкой «Белой лошади».

Договорились, что без крайней нужды созваниваться не будут.

– Дело к вечеру, – заявил Крячко. – А утро вечера, как известно, мудренее. Так что дай мне спокойно посидеть с родственником. А то знаю я тебя – у тебя в любую минуту интуиция сработает, и тебе захочется версию обсудить.