Сплетня

Если бы туристы перестали приезжать, это место наверняка пришло бы в упадок, но как же это прекрасно, когда они упаковывают свои шезлонги и пляжные навесы, тащат их обратно в свои машины и не возвращаются; когда набережная больше не загромождена пластиковыми столами для пикников, гигантскими надувными батутами и загорелыми ногами.

Конечно, на набережной все еще можно встретить странного дневного гуляку или человека, выгуливающего собаку. Я наблюдаю, как мужчина и двое детей на берегу запускают воздушного змея.

Он традиционной ромбовидной формы – ярко-желтый с длинным красным хвостом. Змей ныряет и парит в небе; его хвост, устремляясь за ним, струится в воздушном пространстве. Наверно, мне стоит приобрести такой для Альфи. Ему бы понравилось. Вообще-то я предпочла бы купить ему воздушного змея, чем заплатить втридорога за те школьные фотографии… Кстати, нужно в конце концов отыскать на них бланк заказа, когда я вернусь домой.

Я смотрю в зеркало заднего вида, проверяя, не показался ли синий «Рено Клио», принадлежащий Энн Уилсон, но она еще не приехала.

Наступает обговоренное время встречи, стрелка часов бежит дальше и, поскольку от Энн нет никакого сообщения, я продолжаю ждать. Мне совсем не в тягость сидеть здесь, когда послеполуденное солнце греет меня через оконное стекло, а над головой пронзительно кричат чайки. Однако под ложечкой у меня поселяется крошечное зернышко беспокойства и медленно прорастает. Сухие листья шуршат по асфальту. Может, мне не по себе оттого, что снова придется иметь дело со Сьюзен Марчант? Или от недавней встречи с Соней Мартинс и странного чувства, которое она у меня вызвала?

Сьюзен Марчант.

Соня Мартинс. Неужели теперь я буду подозревать всех, кто имеет инициалы «С. М.»?

Я опускаю взгляд к коричневому бумажному пакету на пассажирском сиденье, в котором лежат ароматические палочки. Кажется, с тех пор как я вернулась во Флинстед, я бывала в этой лавке несколько раз, привлеченная экзотическими ароматами и расслабляющей атмосферой.

Если бы именно я пыталась скрыть от мира свою истинную сущность и подавляла в себе демонов, вряд ли я смогла бы выбрать лучшее место для работы, чем мирный, умиротворяющий магазинчик вроде «Камней и рун». Наверно, трудно постоянно поддерживать всю эту ложь, подобно жонглеру, подкидывающему в воздух тарелки. Как можно так жить, не сходя с ума? Я отвожу плечи назад, соединив лопатки и пытаясь сбросить напряжение.