По чужой дороге

Четыре умопомрачительной красоты ноги, принадлежащие двум юным нимфам, не понятно каким ветром занесённые в эти края, несомненно, стали лучшим украшением скромной набережной.

Одна из нимф облачилась в коротенькое чёрное платье облегающего силуэта, подчеркивающее идеальную фигуру и заставляющее волноваться встречных лиц мужского пола. Имя нимфы было хорошо известно присутствующим, звали её – Алина. Она жила в соседнем доме и была на пару лет старше Сани. В детстве Тарасова хорошо знала Алину Шкуренко – вечно сопливая девчонка, с растрёпанной, как попало заплетённой сёстрами косичкой, спешащая нажаловаться матери на всех и каждого, и вот сейчас никак не могла взять в толк, когда успела эта мышка-норушка превратиться в шикарную длинноволосую и длинноногую блондинку.

Семья Шкуренко имела в собственности несколько фирменных меховых салонов. Алина училась в институте на остро модном направлении – экономика и управление. Гордая и красивая девушка из обеспеченной семьи не рассиживалась на дворовых лавках вместе с более простыми ровесницами. Она обитала в компаниях из таких же обеспеченных детишек, имеющих крутые тачки и завидные карманные деньги. И потому было довольно странно увидеть её скромно шагающей этим вечером по городской набережной.

Вместе с Алиной чеканила шаг вторая нимфа. В модных красных брючках и с красной лакированной сумкой через плечо, в коротенькой кожаной курточке, дополняющей роскошный образ, бросая короткие дерзкие взгляды по сторонам, шествовала Зубарева Лилия.

В густых распущенных волосах в такт шагам игриво покачивались серьги—обручи.

Саня знала – девушки знакомы и общаются, но увидеть их вместе сегодня не ожидала, особенно Зубареву. Девицы приблизились к компании и, даже не взглянув на девчонок, подошли к парням, а те при появлении бесподобных красоток притихли, восхищённо созерцая прекрасниц.

–Привет, Иван. Как всегда под открытым небом развлекаешься, – Алина подарила милую улыбку.

Ванька от девчонок обомлел.

Перед простушками он привык строить из себя заправского ловеласа, но вот перед такими крутыми дивчинами боялся и слова лишнего ляпнуть, а то ещё, чего хорошего, посчитают его дурачком или простофилей.

–Так свежий воздух полезен для здоровья, – Ванька улыбался до ушей, радостно пялясь на девчонок, его так и подмывало, блеснуть свеженькой шуткой, но, как назло, мозг перестал соображать, всё-таки красота срубает мужчин наповал.