Ласурская бригада

За минуту до закрытия дверей в общежитие ворвались внутрь и… заскользили на гладком каменном полу, едва не въехав в Его Высокоблагородие Торхаша.

Тот, переглянувшись с комендантом, перевёл на расхристанных мальчишек взгляд прищуренных глаз, от которого сделалось нехорошо всем, включая Веслава. Его личные отношения с Лихаем на наказания, накладываемые тем как деканом Факультета оборотней, никак не влияли! Пожалуй, ему доставалось даже больше других.

– Ну? – поинтересовался Лихо, умудрившись вложить в короткое слово всё, что грозило нарушителям режима.

– На нас напали кошки! – буркнул Рахен, уставившись в пол. – Помойные, голодные кошки!

– Вы имеете в виду Вира Фрисбена из Белых Смертей, курсант? – невозмутимо уточнил Лихо.

Белые Смерти были одним из немногих оборотнических кланов, что в царствие человеков не пропали, не рассеялись по Тикрею, а преуспели. Тигры владели соляными шахтами, имели свои торговые корабли для доставки соли в Узамор и Весеречье… Несмотря на серьёзность ситуации, Весь едва не заржал в голос: обозвать белых тигров помойными, голодными кошками – это было здорово!

Рахен молчал.

– Выпороть, – приказал полковник коменданту, – этих и предыдущих. И всем пять нарядов вне очереди – канализация ждёт своих героев!

Весь тяжело вздохнул – опять чистить клозеты и канализационные шахты, полные трупиков дохлых крыс, которых периодически морили городские алхимики. Но вдруг сообразил, что услышал только что. Лихо сказал: «Этих и предыдущих!» Значит, Сандр тоже попался! Вот здорово! Представив толстяка чистящим обувной щёткой нужники, мальчишка расплылся в улыбке – так хорошо они смотрелись друг с другом!

– Выполняйте! – приказал Торхаш и покинул здание общежития.

Капитан Свониш ласково улыбнулся и вдруг рявкнул не хуже мастера Понсила:

– Смир-р-рна! Кр-р-ругом! В дисциплинарный кабинет шагом ар-р-рш!

– Придумали тоже название, – тихонько хмыкнул Карс, – сказали бы проще: пыточная!

Весь покосился на него с удивлением: юморит парень… Никогда не пороли его, что ли?

Рахен вскинул голову, откидывая длинные волосы с лица.

– Есть, господин комендант!

Весь тихонько улыбнулся: любил сероволосый позёрство. Наверное, представлял себя этаким страдающим за правду героем или рыцарем, томящимся в застенках Аркаеша.

В дисциплинарной комнате стояли в ряд пять скамей.