Стрекоза для покойника

– Иди домой, – сказал Максим, – бабуле привет!

– Утром передам, – зевнула Лука, – до завтра!

Великое дело – работа рядом с домом! Всего-то надо выйти из клуба, обойти дом, в котором он располагался, и перейти на другую сторону улицы.

Поднявшись на свой этаж, Лука достала ключи и приготовилась открыть дверь, как вдруг услышала сверху голоса и странный звук, похожий одновременно на плач ребенка и истошный вой машины «Скорой помощи». Звук был настолько неприятным, что у нее волоски поднялись вдоль позвоночника.

– Вот тварь… – сказал мужской голос. – И что с ним делать?

– Да пристрели ты его!

– С дуба рухнул? Может, ветеринарку вызывать? Пусть поймают и усыпят?

– Давай его курткой накроем – и на балкон! Авось успокоится!

– Ты глянь на него, сам к нему подойдешь?

Лука убрала ключи и тихо поднялась по лестнице. Перед одной из дверей на четвертом этаже стояли два дюжих полицейских, хрупкая девушка в пальто и заплаканная дама в халате и шлепанцах.

– Он уже плох совсем был в последние дни… – всхлипывала дама.

 – Я приходила их с Баксиком кормить, близких-то у них нет никого… Баксик вообще ласковый, а тут как с цепи сорвался!

«Собака! – поняла Лука. – А с хозяином случилось что-то… нехорошее!»

– Давай решай, – сказал один из полицейских, – нам еще протокол составлять, труповозку вызывать… А мы время теряем с этой тварью!

– Блин, – тоскливо ответил второй, – во попадалово! Пристрелить его правда, что ли?

Луку будто кто-то в спину толкнул.

– Извините, – она шагнула на площадку, менты обернулись на голос, – можно я попробую его успокоить?

– А вы кто? – уточнил один из них.

– Соседка… снизу…

– Да ты что, девочка, он меня не подпускает, а уж я-то его куриными потрошками как кормила! – снова заплакала женщина.

Ощущая в душе странную уверенность в том, что все получится, Лука шагнула прямо к полицейским, и те молча расступились. С порога был виден холл, из которого вели двери – налево, в кухню, и направо – в комнату.

На пороге последней стоял, завывая и вздыбив шерсть… сиамский кот. Лука остановилась в растерянности – ожидала увидеть пса! И вдруг, вспышкой, мелькнуло воспоминание – она и Муня на крыше, и та рассказывает о жителях соседнего дома то, что видит «периферическим зрением»!

А затем – Лука так и не поняла, что произошло, – мир окрасился в нереальные цвета. «Не собака Баксик» оказался в их средоточии, во всполохах агрессивно-красного.