Стрекоза для покойника

Тот мужчина на днях развелся с женой, не знает, как жить дальше, хотя рядом есть женщина, готовая сделать его счастливым!..

А тот парнишка мечтает об айфоне…

И та девчонка…

Ни фига себе, как их много, оказывается, айфонутых!

Девушка, прошедшая мимо…

Лука моргнула, и мир зашевелился.

На другой стороне улицы мелькнула знакомая брезентовая куртка…

Незнакомка уходила вперед – красивая, стильно одетая, в ботильонах на тонких каблучках… С ней что-то было не так, но Лука не могла понять что, потому что у нее резко закружилась голова, стало сухо во рту, а руки затряслись с такой силой, что она выронила сумку с продуктами.

И расширившимися зрачками следила, как та, будто в замедленной съемке, летит на асфальт. Прощайте, яйца! Два десятка!

Неожиданно появившаяся в поле зрения мужская рука успела схватить пакет. Кто-то крепко обнял Луку, не давая упасть. Краем глаза она увидела, как незнакомка садится в шикарный черный лимузин, остановившийся у обочины, и уезжает, а затем подняла взгляд на лицо… Ярослава Гаранина.

– Пойдем, вон кафе, – лаконично сообщил он и потащил ее ко входу в кафе.

Луке было так плохо, что хотелось прямо здесь и сейчас лечь на асфальт и умереть.

– Большой американо и шоколадку, быстро! – приказал Гаранин официанту.

Тот метнулся исполнять заказ с такой скоростью, будто увидел говорящего тигра.

Спустя пару минут Гаранин заставлял Луку пить обжигающий кофе и заедать горьким шоколадом. Несмотря на обожженные язык и небо, девушка почувствовала себя гораздо лучше.

Исчезла ужасная дурнота, навалившаяся там, на улице, головная боль свилась в кольцо, буравя висок, но не всю голову.

– Что… Что со мной было? – спросила она заплетающимся языком, когда смогла разговаривать.

Яр внимательно посмотрел на нее, прикинул что-то, полез в свой чудесный рюкзачок и достал флакон из темного стекла. Отвинтил крышку, капнул несколько капель бесцветной жидкости в кофе.

– Выпей залпом, я сейчас еще закажу.

– Но…

– Пей, я сказал!

Спорить с ним она не решилась.

Сейчас у него было совсем другое выражение лица – не сонное, не непонятное, а сосредоточенное, в чем-то даже хищное. Будто он увидел в ней нечто, с чем следует разобраться немедленно, иначе будет поздно!

Кофе показался более горьким, чем обычно. В голове что-то тоненько засвистело, как чайник, выпускающий пар, и боль растворилась окончательно. Руки тоже перестали трястись.

Испуганный официант поставил перед ней еще один американо.