Золушки в опасности

Когда встал – его глаза были сухими, но горели едва ли не ярче, чем у зараженного бешенством Асаша. Он отправился на задний двор его дома, извлек мешок, табак в котором отбивал запах у лежащих в нем монет, пересыпал их в карман. В последний раз оглянулся на разгромленное стойбище и побежал прочь, в лес, к своему тайнику с припасами для побега. Собирая их, мог ли он предположить, что судьба так извратит его намерение жить самостоятельно? Познавать мир? Учиться новому?

Деньги исчезли в сшитом им кофре. Хан накинул лямки на плечи и перекинулся.

Его лапы все еще были в крови, но, подавив присущее всем кошачьим желание чистоплотности, он помчался прочь.

Потом, все потом.

Ему нужно предупредить людей!

Убегая от места, в котором, оказывается, был счастлив, Зохан Рысяш чувствовал, что его сердце осталось там, среди сожженных домов и трупов родных и близких. Осталось навсегда.

* * *

Ванилла топнула ногой так, что затряслись картины с сельскими пейзажами, украшающие стены дворцовых покоев четы рю Дюмемнон.

– Я не пойду! – воскликнула она. – Сколько раз можно повторять – на этой свадьбе меня не будет!

Сидящая на диване Бруни с тревогой взглянула на Пипа Селескина. Главный королевский повар в белом одеянии и поварском колпаке с вышитым на нем гербом Ласурии выглядел очень внушительно, а сейчас даже грозно. Разговор повторялся не в первый раз.

– Дочка, ну ведь Перси придет с семьей, – примирительно произнес Пип, – сделай и ты отцу радость!

– Нет, папа, и не проси… – Ванилла развернулась от окна, в которое старательно выглядывала, чтобы не смотреть на отца.

 – Пойми ты, я не могу… Ну не могу и все! Ты же любил маму, как ты можешь так поступать?

По толстым, гладко выбритым щекам Пипа поползли красные пятна. Будто чувствуя волнение деда, захныкал на руках у Дрюни, который сидел рядом с принцессой, маленький Людвин рю Дюмемнон.

– Как – так? – ровным голосом спросил Пип.

Бруни торопливо протянула руку шуту. Тот помог ей подняться, но сам остался сидеть, укачивая младенца.

– Ванилька, времени прошло с тех пор много, – заговорила она. – Человеку по любому плохо одному, и каждый из нас ищет того, с кем не будет ощущаться одиночество. Я – нашла. Ты – нашла. И Пип нашел. Он достоин счастья не менее тебя или меня, понимаешь?

Ванилла снова отвернулась к окну.

– Я тебе платье закажу у Артазеля и оплачу его, – добавила Бруни, – соглашайся!

Подруга повернулась и прищурилась.