Выжить чтобы жить

– Крис, ты изучила ее дело, прежде чем согласилась мне помочь. Ведь так?

– Конечно. Ты же знаешь я должна быть уверенна в своем диагнозе.

– Тогда ты догадываешься что я хотела бы узнать у тебя не для протокола?

Крис сделала глоток кофе, дав себе тем самым паузу, и ответила:

– Слушая Адель и наблюдая за ней, я не могла понять, как из жизнерадостного с пылающим сердцем человека, вышло то, с чем работаем сейчас – разочарованный и опустошенный человек, да и человек ли она?

– О, это что-то новенькое! Вечно всех оправдывающая святая доктор Крис, вдруг стала злой.

Крис улыбнулась на мой комментарий обращённый к ней, сделав еще глоток она продолжила. -Что должно произойти чтобы она смогла такое сотворить? Превратив себя в чудовище. Как время может так изменить человека?!

Я понимала Крис, и даже готова была с ней согласиться, но, что-то в этом деле меня смущало. –Спасибо, дорогая. Я пока оставлю это у себя-показав на анализ я убрала его в папку с делом Адель.

– Да, конечно. -Крис мило улыбнулась-Ты домой? Тебя подбросить?

– У тебя появились права?

– Да. На очень милого и симпатичного парня.

– Вау. Сегодня я тебя отпускаю, но на днях ты мне все в подробностях расскажешь!

Крис подошла и обняв меня с улыбкой повторила вопрос-так подвезти? – Нет, дорогая. Я еще поработаю.

Неделя спустя.

– Адель, ты меня слышишь?

Адель сегодня была очень задумчива и мне потребовалось не один раз выводить своими вопросами ее из бытия.

Я решила, что сегодня не выйдет диалога, и будто прочитав мои мысли, она попросила воды, после чего направилась к окну. Постояв немного бездвижно в тишине она повернулась ко мне и, посмотрев прямо в глаза, спросила:

– Ты когда-нибудь задумывалась над выражением «Язык мой – враг мой», вижу, что нет?! А зря… Это самое сильное оружие, которое бьет точно в цель и всегда на поражение.

Каждое брошенное нами сгоряча слово сильнее любого оружия, оно оставляет болезненные рубцы не только у того, кому оно было адресовано, но и у того, кем было произнесено.

И должно пройти достаточно много времени, чтобы эти раны превратились в шрамы, и еще больше, прежде чем они заживут и боль немного стихнет. И, увы, никакая, даже мега современная, медицина нас от них не избавит, ведь рубцы эти не на теле, нет. После каждого такого выпада шрамов становится все больше и больше, а любви меньше.