Рокеры на всю голову

– Мрачно? Я старался! Где инструмент? – он обольстительно улыбнулся, как ему показалось, Аська скривилась, я еле сдержала улыбку, и мы направились вниз.

– Ференц Лист. Соната для фортепиано Си минор! – поставленным голосом конферансье сказал Граф. Мы, конечно, хихикали, ожидая, что очередной пианист либо сыграет «Собачий вальс», либо будет водить пальцем по клавишам, говоря, что это импрессионизм[7 - Музыкальное направление, аналогичное импрессионизму в живописи и параллельное символизму в литературе, сложившееся во Франции в последнюю четверть XIX века – начале XX века, прежде всего в творчестве Эрика Сати, Клода Дебюсси и Мориса Равеля.

Все сомнения отпали, как только это чудо природы прикоснулось к клавишам. С открытыми ртами стояли все, включая гору мышц по имени Паша. Валдемар, а попросту Вовчик, будто играючи, с виртуозной скоростью играл Сонату. Не глядя на клавиши.

– Берем? – тихо спросила Аська, когда он начал импровизировать и добавлять в классику мелодии известных рок хитов.

– Ты спрашиваешь? Главное, чтобы они с Пашкой не убежали после первых репетиций! – тихо сказала я.

– Не дождетесь! – довольно сказал пианист, тон его голоса изменился из дурашливо-высокомерного в совершенно нормальный, приятный баритон адекватного человека, – У меня абсолютный слух, во всех смыслах. Косячить не получится, не бойтесь, если мало опыта в игре, научу попадать в ноты, если нужно. Уроки вокала, фортепиано, сольфеджио. Первый урок бесплатно, все последующие по договоренности.

– И-и-и роль клавишника и пиар-менеджера группы, достается графу Валдемару! – довольно протянула я, в стиле ведущих на вручении «Грэмми»

– Владимир! – он протянул руку каждому, – Не смотрите так на меня, я под прикрытием! И вполне адекватен!

– Тоже родители будут ругаться? – тихо спросила Ася, глядя на Леху, который выглядел не менее адекватней Графа.

– Ректор консерватории повесит! – он улыбнулся.

– Ш-т-а? – Паша открыл рот в изумлении, – Ты Владимир Листавин? А я думаю, где я тебя видел!

– Он самый! – почему-то смутился наш «вампир», – Для консерватории Листавин, для своего круга Валдемар, ну или Вован.

Мы с Аськой, как два тукана не понимали восторга в глазах Паши и Лехи. Они чуть ли не с обожанием смотрели на клавишника. Вроде бы и в культурных слоях крутимся, а об это Листавине ни я, ни подруга не слышали. Пока до подруги не дошло быстро загуглить его имя и фамилию.