Убойное реалити

На кой она мне? Значит, стала я в сторонке, дай, думаю постою, подожду, пока эта дурочка каждого облобызает. Стою, никого не трогаю. И на тебе, Шут их, ну тот, с грустными, глазами, от которого все кипятком писают, подошёл и говорит: «Фто ты тут стоиф, млыфка фкучаеф, стефняефся! Пойдём со мной, селфи сделаем!» – я набрала воздуха в лёгкие, и начала рассказ, передразнивая их вокалиста. Чьей харизмой и чувством юмора нагло пользовался хитрый менеджер. Особо впечатлительные особы, типа моей подруги, впадали в некое подобие эйфории от каждого его слова, жеста или выходки.

Следили за его мимикой, и речью, ловя каждое слово, как приманку. Что до меня? А меня это всегда дико пугало. Он мне напоминал паука, заманивающего в свои сети. А я арахнофоб, с большим стажем, пауков всегда боялась до дрожи в коленках.

– И ты пошла? – хмыкнул охранник.

– Я бы посмотрела, как ты не пошёл, когда тебя в зад толкают, как самого припротивнейшего осла! Мы не просто пошли, он меня потом за руку к каждому подвёл! Как душевно больную.

Видимо подумал, что я настолько стеснительная.

– А ты стеснительная? – спросил мужчина.

– Я? Не знаю! – я пожала плечами, – Скорее нет, чем да.

– Ну, ок. Так, что тот парень плохого тебе  сделал? – спросил охранник.

– А, точно. Отвлеклась. Короче, Шута этого отвлекли, и он ушёл. Оставил меня одну с этим недоманьяком. Сидит, исподлобья смотрит, типа весь загадочный. Девочку одну до орг… гм, до припадка радостного довёл, одним взглядом. Я стою, он на меня глазками стреляет, бровью играет, а мне по боку.

Одна мысль в голове, как отсюда слинять. Этот мелкий говорит, садись, ну я и села, че стоять-то. Я молчу, и он молчит. Он мне такой, расскажи о себе, малышка.  Молчу, буду я ещё не знакомому человеку о себе рассказывать. Ну и понеслась:

– Я и говорю ему, чувак, давай помолчим, а? – я надула щеки и выдохнула, потому что вся это свистопляска порядком меня утомила.

– Серьезно? –  парень удивленно выгнул бровь.

– Ты устал,  и я устал. Давай помолчим! – я оперлась рукой о стол, мозги отключились, и я несла ахинею.

Вот подумай только перед тобой звезда, почти мирового масштаба, толпа девчонок едва им не поклоняется, а я сижу и в ус не дую. Толи прикалываюсь, толи издеваюсь.

– Устал! – он улыбнулся, – Но мне надо делать шоу, детка. Давай  распишусь хотя бы!

Я не будь дурой, в первую очередь о выгоде подумала, что потом смогу ненормальным фанатам продать, говорю, давай. Он руку протянул, я пожала. И сидим, глазами хлопаем.