Незримому Собеседнику

17

Ты говоришь, как будто бы не читаны стихи,

Как будто не встречали мы рассветы,

Как будто под ногами нет Земли,

Похоронившей наше эхо.

Ты говоришь, как будто я молчал,

Не ободрял Тебя и взглядом даже,

Ты говоришь, и этот шквал

Отравленной стрелой заряжен.

Но я снесу и эту боль,

И в эту ночь приду к рассвету,

И снова позову Тебя с собой,

Благодаря Любовию за муку эту.

25.08.17

Прекрасный день! Я что-то ещё нащупал в рассказе, решил таки читать рассказ Бориса Стругацкого «Поиск предназначения или Двадцать седьмая теорема этики».

На фоне этого рассказа, где по сюжету идет описание «счастливого мальчика в блокадном Ленинграде» я даже пересмотрел два раза и после ещё переслушал ролик из Португалии, и от Светланы вдруг пахнуло теплом и Ленинградом.

Вообще, запах Ленинграда особенный, в Ляле, дочери степи, его нет, возможно, совсем, тем более время от времени Она вовсе абстрагируется от Города, крайне редко говоря «у нас». Как-то получается, что «у них» и вообще Ей никогда не бывает в Питере жарко.

Иногда я от этого тоскую.

И из свеженьких ощущений. Почувствовал «дом в себе». Наверное, защитная реакция от пустого здания лаборатории.

И, есть ещё один приятный момент, который теперь всегда легко проверить. Когда посылаю цветы или другой подарок, как сегодня, то к моменту доставки начинается ожидание. Сейчас пришлёт фото. Ожидание сладкое и близкое по времени к Её встрече с курьером. Я начинаю улыбаться себе. И вскоре приходит весточка.

Это всегда свежая капля самоуверенности. Право знать.

Но улыбка уже не стремится поселиться на лице надолго. И я начинаю скучать по ощущению «Она письмо прочла и подумала». Ощущения от отправленного письма всегда рождали новый диалог и увлекали в неизведанные дали.

25.08.17

Одиночество.

Наступил ещё один неповторимый день ещё одной неповторимой Жизни. Само собой сложилось, что я стал ощущать каждое утро неожиданно остро с легким трепетом и той радостью, что рождает задумчивую грустную улыбку.

Произошло это при весьма обыденных обстоятельствах. Я прислушался к себе и почувствовал новый приступ неумолимого Одиночества. Однако, на сей раз он быстро избавился от привычных попутчиков – страха, тоски и желания обогреться, словно возмужал. И задался вопросом: «А почему, собственно, никто не учит человека жить с самим собой, как в социуме?».

Нас так часто не понимают, потому что мы не способны себе объяснить своих состояний.