Фантастические приключения инков в космосе. Том второй

А затем, всё так же беснуясь, закричал: «Закройте их в камеру! Закройте этих чёртовых ублюдков! Уберите их с глаз моих!»

Сопротивляться было бесполезно. Астронавтам грубо помогли подняться. Конвоируемые десятком «победителей», подталкиваемые в спины, они двинулись за злобным стариком.

Слышали, что он сказал? – шагая между мужем и братом, прошептала Мария. Поневоле взбесишься, когда вокруг вон какие красавцы, а ты, как был стариком, так им и остался.

– Мария, ты не очень-то! – ревниво возмутился Мигель.

Кра-сав-цы…! Ишь, ты! Я тебе покажу «красавцев», дай только…

– Тише вы! – зашипел на них Хосе, – нашли время ругаться. Не у себя дома.

Под предводительством старика, вся группа приблизилась к открытому входу в ближайшую пирамиду.

Хорошенько рассмотреть её они не успели из-за отсутствия освещения, но и того, что они увидели при свете луны, было достаточно, чтобы понять – башня-крепость, также как и стена была построена из каменных, хорошо подогнанных блоков.

Вход достаточно широкий и высокий, чтобы в него могли пройти стоящие в ряд пять человек. За входом располагался широкий коридор, который мгновенно залился ярким светом, на мгновение ослепивший троих астронавтов.

Пленные остановились, но, грубо подталкиваемые в спины, вынуждены были сделать несколько шагов вперёд. В то же мгновение пол под их ногами исчез, и они, издав громкий вопль ужаса, провалились в пустоту.

* * *

Они скользили в какой-то гладкой трубе, и в полной темноте. Ухватиться за какой-нибудь выступ, чтобы задержать своё скольжение, не было никакой возможности, потому что выступов не было, а была только гладкая поверхность.

Сколько времени продолжалось их путешествие в трубе, и какое расстояние пролетели, они определить не могли.

Но, наконец, их полёт внезапно закончился, потому что они со скоростью снежной лавины влетели в слабо освещённое помещение.

Перекувыркнувшись два-три раза, словно циркачи, делавшие по несколько кульбитов подряд, пленники, в разных позах повалились друг на друга.

При таком слабом освещении нельзя было хорошенько рассмотреть место падения. Но всё же Мигель почувствовал под собой что-то твёрдое – это был пол, покрытый слоем сухой, пахнущей летом и солнцем, травы.