За что, Господи? Роман

* * *

Сдав дежурство, Светлана оделась и, выйдя на крыльцо приёмного покоя, залюбовалась представшим перед ней видом: солнце ярко светило; небо, без единого облачка – ярко синего цвета. А вокруг белым-бело! Ночью выпал небольшой снежок и выбелил всё вокруг, накрыв дорожки, газоны и больничные скамейки белым покрывалом.

На стройных тополях, важно выстроившихся вдоль дорожек больничного парка, белыми облачками, как- будто зацепившимися за ветви, лежал снег, а вокруг тихо-тихо, и только где-то высоко-высоко в ветвях замёрзшего тополя, цвикала какая-то пичужка.

Она вдохнула свежий морозный воздух…, и чуть не закричала от счастья, молодости и здоровья. Проходи в это мгновение какой-нибудь пешеход, посмотри на её чуть зардевшееся от мороза, счастливое, молодое лицо, конечно же, залюбовался бы ею. Она была похожа на снегурочку из детских сказок – тоненькая, стройная, одетая в белую шубку и такую же белую, меховую шапочку.

Вся, без остатка, отдавшись наслаждению жизнью, она не заметила сидевшего чуть в стороне, на скамье, мужчину, внимательно и с удовольствием наблюдавшего за ней. Лишь только когда он поднялся, она обратила на него внимание, и мгновенно отчего-то страшно, до слёз, смутилась.

– Простите! Девушка, вы, случайно, не в терапевтическом отделении работаете? – вежливо обратился он к ней, приближаясь всё ближе и ближе.

Вы не могли бы мне подсказать, где я могу найти Светлану Кирилловну… Соколову? – продолжил он, явно любуясь ею. Моего заместителя в это отделение…, терапевтическое, поправился он, положили… со страшным гриппом…

– Как фамилия больного, то есть, простите, вашего заместителя?

– Костин… Иван…. Иван Иванович Костин! – повторил он, и почему-то густо покраснел. Она удивлённо, и в то же время заинтересованно, посмотрела на подошедшего к ней мужчину, и ещё она подумала – все люди сейчас отдыхают после встречи Нового года, а этот….

Странно. Совершенно трезвый. У него, что – ни кола, ни двора, ни семьи, ни друзей, и даже товарищей?

– Да, есть такой, Костин. Он лежит во втором этаже, в седьмой палате.

Светлана неожиданно почувствовала, как какая-то тёплая волна начала покачивать её, а в груди появилась истома. Этот мужчина странно воздействовал на неё.