Драгоценный выстрел (сборник)

И платить-то там обещали запредельно, и на «реальное дело» не сегодня завтра пошлют.

– А ему хотелось на реальное дело?

– Еще бы! Просто светился весь в этих своих предчувствиях. Все уши мне прожужжал. Группа Вагнера да группа Вагнера. Я пытался было поуспокоить – где ты, а где группа Вагнера. Но куда там, все без толку. Загорелся человек, потянулась душа к подвигу.

– Надо же, как интересно. А так вообще по жизни Кирилл парень воинственный? Вы ведь давно дружите, как я понял. Раньше у него наблюдались подобные стремления?

– Да нет, не особо.

Больше по телику любил смотреть. Боевики. Да и в этот раз, я думаю… я думаю, там в бабках больше дело, чем в стремлениях. Он говорил, что при «реальном деле» ему заработную плату в пол-«лимона» обещали, вот и радовался. Только не знаю. Пятьсот тысяч – деньги неплохие, конечно, только ведь и подставляться за них придется реально. Я, например, еще десять раз бы подумал, прежде чем согласиться. А этот нет. Аж сиял весь от счастья. Хотя платили ему, кажется, действительно неплохо. И аккуратно. Каждое воскресенье домой приезжал, и всегда не пустой.

– Вы виделись с ним в эти приезды?

– Само собой. Заходил, рассказывал. Правда, опять в режиме большой секретности, полунамеками больше. Дескать, гоняют днем и ночью, тренировки на износ. Но он, мол, не в претензии. Финансово оправдывается. А уж когда на «реальное дело» пошлют, тогда уж вообще купаться будет в купюрах.

– Здорово, – усмехнулся Гуров. – А ты не в курсе, кто ему информацию дал о такой хорошей работе?

– Нет.

Об этом он никогда не говорил. Не заикался даже. Наверное, коммерческую тайну берег. Да я и не спрашивал, меня моя работа устраивает.

– Значит, тебя поэтому и не удивило его исчезновение? Решил, что на «реальное дело» друга послали?

– Да не то чтобы… Но мысль такая была. Правда, маловато времени прошло. Всего с месяц, считай, их там тренировали. Мне кажется, на войну после этого рановато. А так, не знаю. Может, и правда уехал.

– И никому не сказал?

– А зачем? Мать только расстроится.

– А друзья? Ты тоже расстроился бы?

– Не знаю. Может, и не расстроился бы. Но я ведь вам говорил, у них там режим секретности какой-то очень уж чрезвычайный. Поэтому, наверное, и не говорил.

– А врагов у Кирилла не было?

– Врагов? Хм… да, пожалуй, что и не было. Вообще-то он неконфликтный. Не воинственный, – усмехнулся Максим, вспомнив слово Гурова.

– Старые ссоры, «вендетта». Ничего такого не припоминаешь?

– Нет, ничего.