Красная кнопка

Заметив, что сын подглядывает, папа шутливо погрозил ему пальцем и закрыл дверь кабинета – кабины изнутри.

Тревер пожал плечами. Не очень-то и интересно.

Он продолжил осмотр странного самолета и скоро обнаружил, что изнутри боевая машина выглядела в точности как дом Тревера: та же гостиная, вид со двора на горы, закат, такой же невообразимо далекий, как и всегда, и даже коварное облако над гамаком, подвешенным между пальмами – гамак по-прежнему висел, Тревер с трудом переборол желание в него залезть.

Не прошло и пяти минут, как заговорщическая физиономия папы снова вынырнула из-за двери кабинета.

– Из центра дали разрешение на пробный полет. Полетим?

Конечно, Тревер и мечтать о таком не мог. Он только кивнул. Что же думало по этому поводу мама было совершенно непонятно, поскольку покончив с посудой она принялась за уборку кухни влажным веником.

Оглянувшись, как будто желая убедиться, что за ними никто не подсматривает, папа пригласил Тревера в кабину истребителя, открыв дверь своего кабинета.

Мальчик сел в кабину второго пилота, и шестым чувством догадался, какой невообразимо сложный и в то же время красивый механизм перед ним находится. Яркие полоски приборов, карты, поплыли перед его глазами. Тревер сглотнул и зажмурился. Зигзаг чуть заметно тронулся, и перспектива летного поля поплыла впереди него, делаясь немного размытой. Потом поле резко ушло вниз, но никаких перегрузок при этом не возникло. Можно было бы поднести к губам чашку с кофе не пролив при этом не капле.

Папа довольно крутил рычаги, что-то напевая. Прежде, чем Тревер успел удивиться или испугаться, горизонтальная поверхность летного поля превратилась в удаляющуюся сферу. Тревер сглотнул. Его мало устраивал факт пассивного наблюдателя в кресле второго пилота. Случись что – что он сможет изменить? Лучше уж побежать помогать маме. Тихо, чтобы не привлекать папиного внимания, он просочился обратно в гостиную как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как мама застегивает свою сумочку на молнию и сердито а него смотрит.

– А ну-ка в школу иди! Подвезу тебя, или на автобусе хочешь?

Тревер никогда не упускал случая прокатиться с мамой. Даже если они ехали молча, от нее исходила какая-то доброта, нежный запах. С мамой он хотел бы ехать в машине хоть сутки и совершенно при этом не устал бы.

Но путь длился всего пятнадцать минут. Вот и школа! Тревер собрался уже выскочит из машины, как вспомнил, что папа там, в кабине, что-то делает и они куда-то летят.