Удар мечом

 – Наш разговор только начинается. Если ты любишь свою Отчизну, должна воспитывать у детей любовь к Украине.

Мария немного помедлила с ответом. Она отвернулась к окну, и лица ее не было видно. О чем думает дивчина? Может быть, о том, что там, за окном, Украина, поля ее, заводы, росистые разливы лугов, необъятные поля пшеницы, горы буковинские и степи таврийские?

Сказала Мария:

– Ты прав, Стась, обязан учить каждый педагог своих питомцев любви к Родине…

– Согласна? – обрадовался проводник.

 – Я знал, что ты все поймешь.

– Когда была я совсем маленькой, отец любил водить меня осенними вечерами к реке. Стояли мы на круче, а высоко в небе тянулись к южным краям журавлиные ключи, и далеко вокруг слышалось их тоскливое курлыканье. «Слышишь? – спрашивал отец. – Журавли плачут. Ненадолго родину покидают, а плачут…» И еще он мне говорил, что не может человек без родины…

– Настоящий патриот твой отец, – одобрительно кивнул Стась. – На таких наша земля держится.

– Твоя правда, – охотно подтвердила Мария. – И когда пришли на нашу землю гитлеровцы, взял мой тато автомат и подался к партизанам…

По лицу Стася скользнула тень. Он нахмурился, сердито свел брови.

– Значит, ты из партизанской семейки.

– А чем тебе это не нравится? Партизаны с оружием в руках боролись за счастье Отчизны, защищали ее от лихого ворога.

– В союзе с москалями…

– Сказала уже: не хочу на эти темы с тобой спорить. Все равно не поймем мы друг друга.

И есть для меня только один выход – уехать из Зеленого Гая, раз натворила столько глупостей.

– Никуда ты не уедешь, – отрубил Стась. – Ты нам здесь нужна.

– Кому это «нам»? – учительница вскинула брови.

– Тем, кто не щадит ни сил, ни жизни в борьбе за великие идеи!

Главарь банды настроился на торжественный лад, заговорил о борьбе за самостийную державу, «свободную от коммунистов и москалей». Он умело подтасовывал факты, искажал события, в его рассказе бандеровцы выглядели чуть ли не великомучениками за народ – непонятно только, почему их именами детей на селах пугают.

Мелькали обильно слова «любимая», «единственная», «прекрасная» в сочетании со словом «Украина», и опять-таки было непонятно, как можно истязать и грабить ту, которую называешь «единственной» и «прекрасной». Особенно часто мелькало слово «самостийность» – его Стась повторял как заклинание.

Проводник говорил долго.