Двойная петля

 – Спортсмен должен тренироваться! А то я смотрю и удивляюсь: чего это Никита второй день лежит как колода? И в чем же эти тренировки будут заключаться? Он ведь биатлонист, а снега пока нет. Разве что стрелять начнет, а нас использует в качестве мишеней…

– Да, стрелять я тоже планирую, – заявил Никита, рослый блондин с голубыми глазами. – Мишени развешу возле реки, вот у меня будет первый этап. А вместо лыж буду просто бегать. Вы правы, Аркадий Семенович, расслабляться мне нельзя. За место в сборной надо бороться! В прошлом сезоне я вошел в десятку, в новом буду бороться за то, чтобы подняться повыше.

И Никита, поддержанный своей невестой, пошел рассуждать о разных режимах тренировок, о предстоящих этапах Кубка мира в Финляндии и Словении. Гуров быстро составил представление о будущем зяте Стратонова как о человеке очень недалеком и крайне самодовольном. Было заметно, что Никиту не интересует ничего, кроме тренировок и предстоящих выступлений. А еще было заметно, что Аркадий Стратонов очень любит свою дочь, не видит в ней никаких недостатков и готов ей все прощать и потакать всем ее прихотям.

Так до самого конца обеда и проговорили о биатлоне, о том, кто какое место занимает в сборной и кто может помешать Никите Клочкову вырваться в лидеры. У Гурова от скуки аж скулы сводило.

Когда встали из-за стола и он вышел в парк, к нему тут же подошел управляющий Федор Капралов.

– Ребята осмотрели все участки, которые вы обозначили на схеме, – доложил он. Теперь управляющий держался почтительно, не рассказывал о работе, а докладывал – как подчиненный докладывает начальнику. – Три участка полностью расчистили, еще два начали. Сегодня до конца дня завершат. Но еще три участка остались, сегодня не успеют.

– А где эти три участка находятся? – спросил Гуров.

– Все на восточном направлении, вверх по течению реки, – доложил Капралов.

– Хорошо, я тогда завтра скажу Стратонову, что вверх по реке пока не стоит ходить.

– За завтра точно все сделаем, – заверил управляющий.

Расставшись с ним, Гуров вышел за ограду и направился вниз по реке. Он шел и шел, пока не отмерил, по расчетам, примерно полкилометра, и, круто свернув в лес, стал двигаться вверх по склону. Шел он медленно, внимательно глядя себе под ноги.