Мертвая зыбь. Хроника операции «Трест»

Кроме следователя-инженера (это был Артузов) в стороне сидел незнакомый Якушеву человек. Лицо его разглядеть было трудно, он что-то читал, перебирая исписанные листки.

– Вернемся к осени тысяча девятьсот семнадцатого года, к вашей встрече с Массино, – сказал Артузов.

– Пожалуйста.

– Вы твердо убеждены в том, что он занимался только коммерческой деятельностью? Политикой он, по-вашему, не интересовался?

– Речь шла о железных дорогах, шахтах, водных путях…

– А это не политика? Речь шла и о другом, насколько мы знаем.

– Да, ведь Юрьева была арестована.

– Вы это знаете?

– Мало ли за, что могли арестовать эту дамочку. За спекуляцию, например.

– И вы больше ничего не слышали о Массино?

– Нет.

– Как же вы, патриот, могли равнодушно отнестись к планам ограбления вашей родины?

– Мне было неприятно это слышать.

– Какая деликатность… Так вот, Массино, конечно, был и коммерсантом, но у него есть и другая профессия и другое имя. Его настоящее имя Сидней Джордж Рейли. Он английский шпион и организатор террористических актов против советской власти.

Он приговорен к расстрелу по делу Локкарта и Гренара. Об этом процессе вы, вероятно, слышали?

Якушев молчал. Он подозревал, что Массино и Рейли – одно лицо.

– Ну, оставим этот эпизод вашей жизни, хотя он все-таки пятно на ваших белоснежных ризах патриота. Кто такая Варвара Николаевна Страшкевич?

Холодная дрожь прошла по телу Якушева.

– Варвара Николаевна… Моя соседка. Мы живем в одном доме… Она бывает у нас, мы немного музицируем… У нее приятное сопрано, у меня баритон…

– Вы больше ничего не можете добавить к тому, что написали? – спросил Артузов.

– Ничего. Могу добавить – она мне когда-то нравилась.

– Да. Вы светский человек, Якушев… Но здесь не салонная беседа, мы не будем терять времени. Вы обещали сказать всю правду, а написали только то, что нам давно известно о вашей контрреволюционной деятельности.

Якушев сидел спиной к дверям. Артузов молча смотрел на него, а человек, перебиравший листки, не обращал внимания на арестованного, увлеченный чтением.

Дверь за спиной Якушева открылась и снова закрылась. Он повернул голову и мучительным усилием заставил себя отвернуться. Прямо к столу шла высокая пожилая женщина, шумно шурша валенками. Она села на стул против Якушева. Обращаясь к женщине, Артузов сказал:

– Гражданка Страшкевич, вы знаете этого гражданина?

Женщина ответила тихо:

– Знаю. Это Александр Александрович Якушев.