1812, год зверя. Приключения графа Воленского

Александр Павлович улыбнулся с грустью, его пальцы вновь начали отбивать чечетку.

– Давайте так, – произнес он. – Вы поедете с нами в Або. Будете под рукой, пока мы на практике проверим ваши умозаключения. А по окончании получите назначение.

И это назначение будет зависеть от того, насколько верными окажутся мои сведения, дополнил я, но вслух лишь сказал:

– Слушаюсь, ваше величество. Я прошу вас перевести меня из министерства иностранных дел предпочтительно под начало генерала Милорадовича.

– Вы что-то говорили о французском шпионе, – напомнил государь со скукой в голосе.

 – Их сейчас развелось так много.

– Полагаю, что этот шпион особенный, очень ценный для французского императора, – сказал я. – Уверен, из-за него и произошло вчерашнее убийство.

– Вы рассказали о нем Балашову? – спросил император.

Судя по тону, он задал этот вопрос просто так, на всякий случай, явно будучи уверен, что я рассказал бывшему министру полиции все, что знал о вражеском агенте.

Несколько помедлив, я ответил:

– Нет, ваше величество, ни Балашову, ни государственному канцлеру, – никому не сказал.

– Но почему? Балашов сделал бы распоряжение Вязмитинову, и тот немедленно начал бы розыск!

– Наполеон приказал агенту прекратить все контакты с другими агентами и дожидаться прихода французов в Москве. Отсюда я сделал два вывода. Во-первых, агент близок к кому-то из высшей власти, а может, даже и сам занимает высокий пост. Во-вторых, собранные им сведения будут иметь крайне важное значение для Бонапарта, но лишь тогда, когда он войдет в Москву.

До тех пор, пока он не занял древнюю столицу, эти сведения для него бесполезны. Однако же в Москве они будут иметь столь высокую ценность, что Наполеон приказал принять все меры для того, чтобы этот агент паче чаяния не раскрылся. Как я уже доложил, по моему убеждению, французский шпион накоротке с кем-то из высших сановников, а то и сам состоит на службе. Вследствие этого я и не доверил никому сведения, в том числе и…

– Вы допускаете мысль, что Балашов – агент Бонапарта? – рассмеялся государь.

– Сам министр полиции вне подозрений, но его окружение! Ваше величество, я долгое время находился в Лондоне и решил, что вы надежнее разберетесь, кому можно поручить следствие по этому вопросу. Кроме того, – продолжил я с воодушевлением, – полагаю, в данном случае время на нашей стороне, ведь Бонапарт исходит из ложного предположения, что он займет Москву.