1812, год зверя. Приключения графа Воленского

Теперь трактирщик запомнит нас, – проворчал Вилсон.

– Тебя трудно не запомнить, – сказал я.

Роберт окинул взглядом свой ярко-красный мундир, с неудовольствием пожевал губы и промолвил:

– Я намерен доложить обо всем его величеству Александру, но совершенно не горю желанием объясняться с вашей полицией.

– Вот я и стараюсь сделать так, чтобы запомнили не нас, а мосье Каню, – ободрил я Вилсона.

– Его найдут, а он укажет на нас.

– Не найдут, это моя забота, – сказал я.

Во время нашего разговора генерал через приоткрытую дверь следил за коридором.

А я, откинув покойного на спинку стула, исследовал его карманы. Сюртук пана Гржиновского топорщился так, что не оставалось сомнений: его обыскали до нас. Серебряные часы на цепочке свисали между колен. Вероятно, по незнанию убийца упустил из виду потайной карман. В нем я обнаружил сложенный вчетверо лист и незаметно для англичанина переложил бумагу к себе.

– Ничего нет, – буркнул я. – Все карманы вывернуты, кто-то обчистил его.

– Не думаю, что это был простой грабитель, – промолвил англичанин.

– Конечно, нет. Грабитель забрал бы часы. А часы у Гржиновского на месте.

Я потянул за цепочку и переместил луковицу часов на колени убитого.

– Сюда идет твой слуга, – сообщил генерал.

Я подошел к выходу, Вилсон посторонился, и я выглянул в щелку. Жан Каню был один. Когда он приблизился, я приоткрыл дверь и протянул руку за бутылкой.

– Давай вино. Молодчина, Жан. Стой тут. Если кто появится, постучи в дверь, – приказал я.

– Сударь, вы обещали налить мне вина! – прошептал мосье Каню.

– Blimey![10 - Blimey! – (англ.) восклицание, типа «тьфу, черт!» или «черт побери!»] Жан! I did not know you are such a rat![11 - I did not know you are such a rat! – (англ.) Я не знал, что ты такая крыса! Выражение, которое английский джентльмен непременно с невозмутимым видом мог сказать в адрес слуге, уличенному во лжи. Граф Воленский, как мы видим, за годы, проведенные в Лондоне, набрался английских выражений, но не манер.

] Десять минут побыл роялистом, а уже стал невыносимым! Неудивительно, что французы казнили вас связками!

Я закрыл дверь перед его носом.

Роберт с брезгливым выражением рассматривал мертвеца.

– Что-нибудь обнаружил? – спросил я.

– Я пытаюсь разглядеть, сколько показывают его часы, – сказал Вилсон. – Хочу понять время смерти.

– А что, изобрели механизм, который прекращает ход со смертью владельца? – хмыкнул я.