Блокпост

Тогда к ним зашел красавчик Махмуд – долговязый волоокий мужлан, с благородным носом и роскошной шевелюрой. Он был младшим братом главаря банды и командовал охранниками. Усевшись на нары между французами, Махмуд приобнял их за плечи и начал ласково склонять к разврату, обещая за это хорошую еду и свою благосклонность.

Молоденький Антуан, водитель компании, по-русски не понимал ни слова. Он настороженно хлопал глазами, следя за непристойными жестами долговязого горца, и периодически сбрасывал его лапу со своего плеча.

Зато Жюльен моментально дал себя охмурить – начал жеманно похихикивать и намекать совратителю, что неплохо было бы побрызгаться дезодорантом, а уже потом в гости идти…

«Ох ты, педрила! – подумал тогда Иван. – А я-то гляжу – весь из себя гладкий такой, холеный, цветастый платочек на шее, блин… Вот ведь угораздило в компанию с пидером попасть!»

– Слышь, мальчик, отвали-ка со своими пидерскими приколами, – сурово заявил Иван после того, как Махмуд, беседуя с Жюльеном и вроде бы шутя, ущипнул Антуана за задницу и тот, покраснев, как рак, начал озираться по сторонам в поисках какого-нибудь тяжелого предмета для защиты мужиковского достоинства.

 – А то скажу Артуру – огребешься пиз…лями по самые уши. Вали давай!

– Тывой нэ трогаит – сидет, малчат, бляд! – возмутился совратитель. – Я его насиловат нэ будит – сам хочит, значит, дает. Нэ хочит – ладна… – И тут же утащил Жюльена на улицу – подальше от бдительного ока сурового блюстителя нравов.

Слияние двух лун состоялось буквально через минуту – в небольшом вагончике, где жила охрана. Жюльен вручил Махмуду последний оставшийся у него презерватив, посоветовал воспользоваться вазелином и потребовал, чтобы совратитель как можно быстрее обзавелся необходимыми средствами контрацепции специальных кондиций – как раз для таких случаев. Махмуд за неимением вазелина воспользовался мылом, а презерватив проигнорировал, несмотря на отчаянные протесты второй половины тандема.

По окончании процесса он торжественно объявил:

– Тэпэр ти – общаковий пидер. Всэ будит ибат и в рот дават… – и тут же позвал остальных «индейцев». Ловкие ребята умело взнуздали отчаянно сопротивлявшегося француза, отжарили его в хоровом исполнении, а презерватив, как это принято у таких типов, надули, разрисовали единственной обнаружившейся ручкой и повесили у входа.