Фамильный приговор

Двадцать восьмого января, в одиннадцать ноль семь, на центральный пост поступил звонок от гражданина Додонова, который просил срочно прислать группу захвата, потому что к нему в квартиру кто-то влез и убил его супругу Галину. Ну, группу захвата высылать, конечно, не стали, а отправили туда сначала участкового и Заковряжина заодно с ним – чтобы, значит, они обстановку разведали. Никаких убийц в квартире, конечно же, не было, а вот труп был. В общем, опер вызвал группу криминалистов. Додонов утверждал, что во время убийства он был в душе и выстрела не слышал, а когда вошел в спальню, женщина уже была мертва.

– Да уж, будешь тут мертвой, когда тебе полголовы снесли, – с сарказмом заметил Гуров.

– Додонов впал в истерику, быстро закрыл дверь в спальню, подпер ее изнутри комодом и стал звонить в полицию, полагая, что тот, кто убил супругу, находится в квартире и теперь будет охотиться за ним. Заковряжину с участковым он дверь открывать не стал, думая, что так его выманивают грабители или убийцы.

Сергей Ильич еле уговорил его по телефону выйти из спальни и открыть двери.

– В принципе, он все правильно делал. Какой же гражданин в здравом уме сможет подумать, что его жену застрелил снайпер через форточку?! – усмехнулся Гуров.

– Так вот, когда криминалисты определили, откуда был произведен выстрел, и ушли проверять квартиру в доме напротив, прибыл следователь опергруппы и стал сам разговаривать со свидетелем. А Заковряжин к нему интерес больше не проявлял.

Единственное, что он смог узнать, – это есть ли у Додонова подозрения, кто бы мог в его жену и начальницу выстрелить.

– Ну-ну, и что он предположил? – наклонился Лев Иванович ближе к Крячко.

– Примерно год назад на директора фонда «Добро в ладонях», которой была Данилина, был подан иск в суд на сумму в два миллиона рублей. Подали его некие Котенковы Александра Витальевна и Дмитрий Максимович. Дело в том, что они обратились к Данилиной с просьбой помочь им с лечением трехлетнего сына Родиона.

Данилина вначале согласилась, и супруги даже договорились с одной из больниц в Германии, что они возьмут мальчика, проведут необходимые анализы и начнут лечение. Но потом, когда уже нужно было выезжать и везти ребенка, Данилина дала от ворот поворот, сказав родителям, что деньги она якобы перевела на лечение другому ребенку, а других средств пока нет, но она им скажет, когда появятся, и ставит их первыми в очередь.