Грэй

«После нового года у тебя будет нормальное каре» – улыбнулся Грэй, – «но эти волосы будут уже обладать много большей силой, чем те, которые ты носила».

«Прекрасно, Грэй! Всё идет по плану»

Из еды Аня принимала только грибы разных видов, рис, хлеб и сметану. Это намного упростило работу Матвею, в вопросе беганья в поселок за едой и дало экономию финансам обоим.

Снова потянулись дни безжалостных тренировок. Утром Звягинцева ныряла в воду со своего камня, причем каждый раз чуть глубже, чем накануне.

Затем обед и после него девушка куда-то убегала на пару часов, просто исчезала, ничего не объясняя Матвею. Вернувшись, она с редкостным аппетитом налегала на еду, потом два-три часа читала книги или учила вслух латынь. Затем она пару часов спала в палатке, и уже вечером Матвей разжигал костер. Три дня Аня ходила вокруг него в купальнике, иногда перепрыгивала, иногда едва не залезла прямо на угли. И однажды, она попросила юношу примерно на пару часов удалиться.

Матвей безропотно выполнил её просьбу, уйдя в сторону леса. Он ушел примерно на сто метров, а затем, ничего не говоря, взял свой телефон и с помощью камеры попытался приблизить зрелище у костра. Получилось в итоге очень скверно: практически только одни размытые контуры Ани и больше ничего. Но он сумел рассмотреть, как полностью обнаженная девушка сидит на корточках рядом с пламенем, буквально вплотную и медитирует, вращая всем своим торсом и двигая плечами, словно выполняет какой-то обряд.

Ошеломленный этим зрелищем Матвей напрягся, и тут увидел, как Аня внезапно вскочила, и некоторое время бегала вокруг костра, а потом едва не залезла в него целиком! Да не просто залезла, целиком вошла, погрузилась в само пламя и… спустя какое-то время вышла оттуда живая и невредимая!

Потом он увидел, как её обнаженное тело сияло в отблесках пламени, словно фигура Терминатрикс, оплавляемая огнем. Девушка улыбалась, прыгала и игралась вокруг костра.

Матвей просто смотрел на это в объектив камеры, но приблизиться боялся.

– Puer, puer, ardens Principe! – шептала, почти пела Аня, бегая нагая вокруг костровища играясь и подпрыгивая во взлетающих языках огня.

– А подглядывать нехорошо! – заметила ведунья, когда Матвей вернулся в лагерь.

– Ань, ты не сгорела, надеюсь?

– «Огонь» в моей власти! – страстно ответила Аня и положила ладонь прямо на раскаленные угли.