Азбука едет по России (сборник)

Им снова овладело беспокойство: Фёдор куда-то исчез, в сарае его не было. Убежать он не мог, ведь на дворе его заметили бы стражники. Лёшка несколько раз бегал от Яузы к Льняному двору и обратно. Никаких следов Фёдора не было.

Начинало уже вечереть. Возле бота никого не осталось. Вдруг Лёшка услышал шорох, и знакомый голос произнёс:

– Лёша, принеси что-нибудь поесть! У меня в брюхе урчит.

Это был Фёдор. Он вылез из бота, вздохнул и расправил плечи.

– Как ты сюда попал?

– Я внутри сидел. Меня вместе с ботом вынесли из сарая.

– Что же ты не убежал?

– А куда мне бежать? – лениво сказал Фёдор. – На дворе стражники – не убежишь никуда. Я сидел в лодке, меня и вытащили. Голландский мастер меня заметил, да он, наверно, знает про меня. Поглядел, засмеялся и ничего не сказал. Стало быть, я теперь тут и останусь, под рогожей-то…

– А ты беги обратно, в сарай!

– Никуда я не пойду, – сказал Фёдор. – Меня из этого сарая, как карася, выловят. А вокруг лодки будет потешный караул.

Ещё и кормить будут. Эх, принеси, братец, поесть да почеши промеж лопаток, а то спина с утра зудит! Ну, тяжела жизнь у мореходных людей!

Так начал свою морскую жизнь капитан Фёдор Троекуров.

На следующий день строители взялись за бот. Навес окружили забором. Оттуда целый день доносились тюканье топоров и визг пилы. Вокруг забора стояли потешные караулы и никого туда не пускали.

В конце недели забор разобрали. Бот преобразился: он был вычищен, подкрашен; руль был прилажен новый; спереди торчал бушприт[20 - Бушприт – горизонтальное или наклонное бревно, выдающееся с носа корабля.

]; палуба сияла свежими, новыми досками; над ботом высилась новая мачта. Парусов и верёвок ещё не было.

Брандт стоял возле бота с засученными рукавами, с глиняной трубкой в руках.

– Эй, мальчик! – крикнул он Лёшке Бакееву. – Это не ты ли сторожил сарай на Льняном дворе?

– Я, – застенчиво сказал Лёшка.

– Подойди поближе. Сегодня будем бот спускать на воду. Хочешь нам помогать?

Лёшка боязливо оглянулся.

– Чего боишься? Воды?

– Нет, – ответил Лёшка, – я воды не боюсь, а боюсь матушки.

Брандт улыбнулся:

– Ничего, мальчик, мать не забранит. Её царь Питер живо успокоит. Ему нужны люди. Тут уже один моряк есть. Только он моряк по несчастью и, кажется, к воде не привык. Ступай к нам. Для начала принеси канат. Не бойся, я тебя не съем.

Таким образом Лёшка оказался в подмастерьях у корабельного мастера.