Азбука едет по России (сборник)

– Ты кто? – спросил юноша, подбегая к Лёшке стремительной, прыгающей походкой.

– Я сторожев сын, – сказал Лёшка, низко кланяясь странно одетому юноше.

– Звать как?

– Лёшка.

– Ты что пел?

Лёшка покраснел до корней волос.

– Это песня мореходная, – сказал он. – Это про ладьи.

– Я слышал, что мореходная. «Забелелися на кораблях паруса полотняные…» – а дальше как?

Лёшка поглядел на юношу исподлобья. Юноша смотрел не строго. Губы у него сложились в усмешку. Живые чёрные глаза смеялись.

– Ну что ты молчишь? Не бойся.

– Матушка не позволила таковы песни петь.

– А я позволяю.

Лёшка вздохнул:

– Дальше так поётся: «А не ярые гагали[14 - Ярые гагали (гаги) – белые морские утки (устар.).] на сине море выплыли – выгребали тут казаки середи моря синего…»

– Казаки?

– Мейнгер[15 - Мейнгер – господин (голл.).] Питер, – резко сказал иностранец, – не слушайте эту песню: это воровская песня!

– Отстань, мейнгер! Разве казаки и по морям плавали?

– Ещё как! – гордо сказал Лёшка.

 – По синему морю Хвалынскому[16 - Хвалынское море – древнерусское название Кас-пийского моря.] да к дальнему персиянскому берегу[17 - Персиянский берег, Персия – ныне Иран.]…

– Откуда знаешь?

– Слышал, – многозначительно отвечал Лёшка.

– А дальше? Песня-то как дальше поётся?

– Дальше забыл, – сознался Лёшка.

– Эх ты, певец! А что за сарай?

– Боярина Никиты Ивановича покойного…

– А что там?

– А там хлам всякий.

Куры закудахтали в сарае.

– Курятник, что ли?

– Пойдёмте, мейнгер Питер! – сердито сказал иностранец.

 – Тут нет ничего примечательного.

Юноша повелительным жестом указал на сарай:

– Открой!

– Не указано открывать, – пробормотал Лёшка, боязливо оглядываясь.

– Кем не указано?

– Царёвы люди не велят.

– А я велю. Ну!

Юноша нахмурил брови. Видя, что Лёшка колеблется, он подбежал к двери и распахнул её. Куры испуганно закудахтали.

– Что это? Что за лодка? Мастер Тиммерман, погляди-ка!

Тиммерман подошёл поближе, посмотрел и произнёс не торопясь:

– Это есть бот.

Юноша схватил Тиммермана за руку и почти силой втащил его в сарай.

– Какой бот? Зачем?

– Ходить по воде, – отвечал Тиммерман, брезгливо стряхивая с туфель солому и куриный помёт.

– Это я и без тебя знаю. А зачем у него мачта?

– Ходит под парусами, – сказал Тиммерман, – и не только по ветру, но и против ветра.

– Как – против ветра? Врёшь ты, мейнгер! Такого не бывает.