Последняя битва

Я старалась не вспоминать те дни, когда Ракша кормила меня овсянкой вперемешку с таблетками, а затем усаживала в инвалидное кресло и возила по темным коридорам, пока близкие оплакивали мою смерть.

– Это так, – ответила я дрогнувшим голосом.

Взгляд Михаила был полон сострадания.

– Эта сила духа может оградить твой разум от вторжения извне. Ты пережила потерю отца, видела, как твоя мать становится рабыней, а затем и сама получила рабскую метку. Людям тяжело справляться с такими трудностями. Кто-то другой давно бы сломался и очерствел от ударов судьбы, но твое сердце все еще наполнено любовью.

Эта внутренняя сила поможет тебе противостоять командам Люцифера. На это способен каждый человек.

От этого заявления меня пронзил шок. Михаил утверждал, что каждый человек может противостоять контролю разума, но я тренировалась уже несколько недель! Я сама не заметила, как по моим щекам потекли слезы. Протянув руку, Эмберли сжала мою ладонь. Когда архангел начал вспоминать трагические события моей жизни, на меня нахлынули эмоции.

– Боже, пап. Зачем так жестоко? – Эмберли свирепо посмотрела на своего отца.

Михаил поднял обе руки.

– Прости, я просто пытаюсь помочь. Мне кажется, Бриэль должна знать, что она всегда обладала этой способностью.

Прежде чем отпустить руку Эмберли, я сжала ее в ответ, а затем вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– Как? Как мне противостоять мысленным командам?

Задумавшись, Михаил кивнул и обошел меня по кругу.

– Отпусти свой страх.

Это чувство только подпитывает Люцифера. Оно ослабляет разум и делает его более уязвимым.

Я нахмурилась.

– Любой страх? Или страх перед Люци?

Прозвище, которое я придумала для Дьявола, заставило Эмберли ухмыльнуться.

Михаил покачал головой.

– Любой страх. Перед ним, смертью, раком, темнотой, потерей любимого человека, бедностью или голодом. Страх проникает прямо в душу и высасывает всю энергию из твоего тела, создавая своеобразный вакуум. Люцифер питается этой энергией.

Так он получает контроль над людьми.

Я и понятия не имела!

– Звучит жутко, – Эмберли прижала руки к груди.

Михаил кивнул.

– Я понимаю, что это может напугать, но только проработав свои эмоции, ты поймешь, что обладаешь куда большим контролем над своей жизнью, чем тебе казалось.

Эмберли бросила на отца недоверчивый взгляд.

– Я не боюсь смерти. Но опозориться на людях – это другое дело. Или если демон-суккуб нападает на тебя посреди ночи.