Штурм и буря

– Да здравствует второй шанс! Зачем делать меня сильнее?

Он вновь пожал плечами.

– Без усилителей Морозова Равка обречена. Тебе предназначено собрать их, а мне – править. Иначе быть не может.

– Как это удобно.

Он отклонился на спинку кресла и сложил руки на груди.

– Я бы не сказал, что вести с тобой дела удобно, Алина.

– Нельзя смешивать усилители. Об этом говорится во всех книгах…

– Не во всех.

Мне хотелось кричать от досады.

– Багра меня предупреждала! Она говорила, что ты самонадеянный наглец, ослепленный амбициями!

– Да что ты? – голос у него стал ледяным.

 – Какие еще преступные речи она нашептывала тебе на ушко?

– Что она любит тебя, – сердито ответила я. – И верит, что ты можешь искупить свою вину.

Тут он отвернулся, но не раньше, чем я увидела гримасу боли на его лице. Что он с ней сделал? И чего ему это стоило?

– Искупление, – пробормотал он. – Спасение. Покаяние. Причудливые идеи моей матери. Наверное, мне следовало уделять им больше внимания.

 – Дарклинг потянулся к ящику стола и достал тонкий красный том. Когда он поднял его к свету, на обложке блеснули золотые буквы: «История святых». – Знаешь, что это?

Я нахмурилась. В голове мелькнуло смутное воспоминание. Много месяцев назад, в Малом дворце, Апрат подарил мне книгу. Я бросила ее в ящик комода и тут же о ней забыла.

– Это детская книжка.

– Ты читала ее?

– Нет, – призналась я, внезапно пожалев об этом. Дарклинг внимательно смотрел на меня. Что могло быть такого важного в старом собрании религиозных картинок?

– Суеверия, – начал он, поглядывая на обложку.

 – Пропаганда для крестьян. По крайней мере, я так думал. Морозов был странным человеком. Немного похожим на тебя – его тоже тянуло к обыкновенным и слабым.

– Мал не слабый.

– Талантливый, не спорю, но не гриш. Ему никогда не стать равным тебе.

– Мы равны и даже больше, – рявкнула я.

Дарклинг покачал головой. Не изучи я его хорошенько, я могла бы принять выражение на его лице за жалость.

– Ты думаешь, что обрела семью. Что нашла свое будущее. Но твоя сила будет расти, а он будет стариться и слабеть. Он проживет короткую жизнь отказника, а ты будешь смотреть, как он умирает.

– Заткнись!

Дарклинг улыбнулся.

– Давай, топни ножкой, борись со своим естеством. Тем временем твоя страна страдает.

– Из-за тебя!

– Из-за того, что я доверился девчонке, которая испытывает отвращение к собственному дару! – Он встал и обошел стол.