Можно ли умереть дважды?

Есть некоторые проблемы с такими данными, и их легче обсудить при личной встрече.

– Это просто феноменально, – сказала Кристин.

– Да так себе, – возразила коллега. – Все не так просто, как кажется. Но подробно я расскажу при встрече.

* * *

Через три часа Стигсон, Олссон и Олешкевич сидели в маленькой совещательной комнате в Государственной криминальной полиции на Кунгсхольмене и пили кофе, тогда как их коллега из подразделения по розыску пропавших объясняла им, что не так с данными, с которыми работала она и ее коллеги по отделу.

Каждый год в различные полицейские органы страны поступало более пяти тысяч заявлений об исчезновении людей – взрослых женщин и мужчин, подростков и детей, и в более чем 90 процентах случаев они делали это по собственной инициативе и столь же добровольно возвращались в течение суток или нескольких недель, после чего открытые относительно них дела закрывали и отправляли в архив.

Но приблизительно с сотней из этого числа все обстояло гораздо сложнее, поскольку с ними что-то случалось.

Внезапная болезнь, несчастный случай, самоубийство и порой убийство. Последняя из названных категорий была наименее многочисленной в данной связи.

Большинство исчезнувших обычно возвращались, хотя могли пройти месяцы или даже годы, прежде чем это происходило. Оставались те, кого так никогда и не находили.

– Если мы говорим о последних десяти годах, то речь идет всего о трех сотнях человек, трех десятках за год, – объяснила коллега. – Из них женщин набирается порядка сотни.

У нас, конечно, есть все списки, и с их помощью можно отобрать известные данные, касающиеся таких исчезновений, но также и здесь у нас возникнут проблемы.

– Какие именно? – спросил Стигсон.

– Во-первых, есть случаи, не попадающие в статистику. Реальные потеряшки, об исчезновении которых никто никогда не заявлял. И это касается в наибольшей мере лиц иностранного происхождения и тех, кто временно находился в Швеции. Это одна проблема, и, на мой взгляд, данная группа достаточно велика.

– А вторая? – поинтересовался Стигсон.

 – В чем состоит она?

– Часто люди того же рода, каких я только что назвала. Они пропали, относительно их исчезновения написаны заявления, они вернулись на свою родину и никогда не давали знать о себе снова, хотя живы и здоровы. Их также наверняка довольно много.

– В результате у нас получается перебор в статистике, – констатировала Кристин Олссон.

– Но, к сожалению, все не так просто, чтобы мы могли погасить одних другими.