Можно ли умереть дважды?

Тебя устроит конец следующей недели?» – закончил Бекстрём свой ответ, а потом отправил его и выключил компьютер на выходные.

«Черт бы тебя побрал, – подумал он. – Половину жизни занимался тем, что подталкивал людей совершать страховые мошенничества и раздавал миллионы инвалидам-колясочникам, тратившим их на кругосветные путешествия, экзотические напитки с зонтиками, посещение пирамид и рыбалку на Карибах, прежде чем занял пост шефа полиции Солны, где явно намеревается провести вторую половину своей карьеры. Наша любимая старая Швеция катится прямиком в пропасть», – заключил Бекстрём, и единственной возможностью выжить для него самого было сохранять верность своим привычкам.

По пятницам он ввел в свою программу дополнительный пункт как раз в целях улучшения физического здоровья и душевного равновесия. Один час массажа и общего расслабления у его польского физиотерапевта Мадам Пятницы, после окончания традиционного обеда в баре на Фридхемсгатан.

Возвращаясь домой для послеобеденного отдыха, он столкнулся на лестничной площадке с малышом Эдвином.

Мальчик выглядел унылым, и Бекстрём пригласил его для разговора. Но сначала он приготовил себе водку с тоником, льдом и лимоном и фанту с соломинкой своему маленькому другу.

– У тебя не самый здоровый вид, Эдвин, – констатировал Бекстрём. – Я могу чем-то тебе помочь?

Уже пару дней мальчику снились кошмары о черепах. Его мать Душанку настолько это обеспокоило, что она договорилась о визите к психологу, куда они вдвоем собирались отправиться в понедельник.

Но Эдвин совершенно этого не хотел.

Бекстрём мобилизовал все свое глубокое сочувствие и попытался успокоить его. Работа специалиста по расследованию убийств, конечно, имела негативные стороны, но как раз от черепов стоило ожидать меньше всего опасности в данной профессии. Скорее дело обстояло совсем наоборот, и найденный Эдвином череп находился на его и Бекстрёма стороне, а вот кому действительно следовало беспокоиться, так это тому, кто всадил в него пулю и, скажем так, превратил из обычной головы в череп.

– Поверь мне, Эдвин, – сказал Бекстрём, – есть некий высший смысл в том, что именно ты нашел его, и, по моему глубокому убеждению, он сразу понял, что как раз благодаря тебе справедливость, в конце концов, восторжествует. Мы поймаем того, кто стрелял в него, и сможем увидеть, как он окажется за решеткой и ответит за свое преступление.

– Я понимаю, что комиссар имеет в виду, – ответил Эдвин, который теперь выглядел бодрее.