Незабытая: отчаянное сердце. Книга 1

Это было что-то новое. Я фыркнула и возмутилась про себя, не имея привычки подводить своих друзей, коих у меня и было-то всего… один:

«Как я присмотрю за ним, если вообще не знаю, где он?!»

Я ведь собиралась к доске с объявлениями! Безнадежно вздохнув, я встряхнула головой и посмотрела в сторону фонтана. Журчание воды в нем напоминало мне о доме. Вот только сейчас на том месте, где я ночевала, сидел… Сфинкс. И наполнял бурдюк водой из фонтана.

Когда я шагнула к нему навстречу, не зная, даже, что сказать, то случайно задела кого-то плечом.

– Я думала, ты оглохла, – облегченно вздохнула Гулльвейг. – С тобой все хорошо?

– Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила я.

– Я покупала еду, собираясь в дорогу, – с беспокойством в голосе ответила Гулльвейг. Наверное, ее напугало мое состояние внимания голоса с задранной к небосводу головой посреди площади. – И у меня к тебе был тот же вопрос!

– Я тут… ночевала, – отстраненно ответила я, держа глазами образ Сфинкса.

А то прошмыгнет еще куда-нибудь и ищи потом…

– Серьезно?..

– Ага, – протянула я, замечая, что Сфинкс помахал нам рукой.

– Надо же, какая встреча! – с насмешкой сказал он, сравнявшись с нами, но ответить ему ни я, ни Гулльвейг не успели.

Я впервые видела, как этот всегда разный человек вздрогнул и в мгновение ока напрягся. На его плечо медленно опустилась чья-то слабая ладонь. В голову тут же врезался запах крови.

Гулльвейг с ужасом прикрыла рот руками, когда заметила из-за плеча Сфинкса, повернувшего голову, бледного человека, у которого кровь шла горлом.

– Беги, они нашли тебя, – едва слышно булькнул он и упал, привлекая к себе внимание нескольких прохожих.

Гулльвейг незамедлительно бросилась к нему, унося за собой синие нити своей магии, но я была уверена, – поздно, – и посмотрела на Сфинкса. Пару секунд он стоял неподвижно, а после, ни на что не отвлекаясь, присел около погибшего человека.

Быстрыми, отточенными движениями, он обыскал его под непонимающий взгляд Гулльвейг, что-то нашел, убрал себе за пазуху, и поднял лишь глаза, одновременно надвигая капюшон, чтобы оценить состояние перешептывающейся толпы вокруг.

Я и сама сделала то же самое.

«Стража, – заметила я. – Нехорошо».

Видимо, примерно также подумал и Сфинкс, раз молча ринулся в толпу прочь от площади.