Эстафета с пистолетом

– Да, пожалуй, тут вы тоже правы, – склонил голову Селедцов. – Ладно, займемся сами. Значит, продолжаю насчет Мажарова… Первым делом мы отработали личности подрядчиков. И тут всплыл один интереснейший факт. Один из них, а точнее – Рожков Анатолий Валентинович, бесследно исчез. Причем вместе с ним с его счета исчезли и несколько миллионов, перечисленных на строительство гостиничного комплекса.

– Вот как? – вскинул брови Лев. – Факт действительно любопытнейший. И что же дала проверка?

– Проверка показала, что на счетах Рожкова средств практически нет.

Но это нормально, поскольку переводимые раньше деньги снимались и использовались на закупку стройматериалов и оплату сотрудников. Это все отражено в бухгалтерских документах, с этим порядок. Но вот последний перевод… Понимаете, Рожков получил деньги на счет и собирался на следующий день их обналичить. Так он и объявил своим сотрудникам и соучредителям. Собрал их подписи и исчез.

– А что говорят в банке? – нахмурив брови, забарабанил пальцами по столу Гуров.

 – Рожков действительно снимал деньги?

– В том-то и дело, что нет. Скорее всего, он продумал эту схему заранее. Просто перевел деньги с одного счета на другой, после чего уже спокойно обналичил их совсем в другом месте, возможно, что под другим именем. И в свете этого совершенно непонятно, где его искать.

– А что же остальные сотрудники?

– А что им оставалось делать? Фирма разорена, генеральный директор сбежал… Ну и они разбрелись кто куда.

– Они все из Приморского?

– Да, все живут здесь, – подтвердил Селедцов. – После того как их кинул Рожков, они пока толком не определились с дальнейшими планами. В это предприятие были вложены и их личные средства, так что теперь все оказались на мели.

– Так, с Рожковым более-менее ясно, а остальные подрядчики?

– Остальных двое – Владимир Григорьевич Фоменко и Павел Петрович Гришечкин. У обоих солидные фирмы, у Фоменко покруче.

Оба в один голос кричат, что чисты как слеза младенца, о майоре Мажарове никогда слыхом не слыхивали, а в фирмах у них идеальный порядок. По документам, кстати, так и выходит.

– А на деле? – быстро спросил Гуров.

– Я ведь работаю в убойном отделе, – вздохнув, пояснил Селедцов. – Экономические преступления – не моя специфика. Здесь гораздо лучше разобрался бы ОБЭП, но это такая мутная контора, что… – Он вдруг спохватился и прикусил язык.