Верни мне. Меня

Может, вы как-то договоритесь и, у вас всё хорошо сложится, а если и нет, может, … да вообще не важно. Сценариев много можно продумать. Но в любом случае, если папа не найдёт выхода, просто постарайся принять это, как неизбежность, тем более, сама знаешь, что условия отказа неприемлемы для нас.

Вилора смотрела на сестру, как на полоумную.

– Не смотри на меня так. И ещё, не воспринимай его сразу в штыки. Ты этим упустишь шанс мирного диалога.

– Ты в своём уме, Рит?! Ты что сейчас говоришь?! Слышишь себя вообще?! Я просто ушам своим верить отказываюсь!

– А что ты хочешь? Чтобы я погладила тебя по головке и сказала, дорогая, всё будет хорошо? Или папа отдаст всё ради тебя, и мы все пойдём жить под мост, в коробку? Отец-то сделает так, только скажи! НО! Ты первая же будешь себя корить! И сама же не сможешь жить в бедности.

А ОН, хоть и чужой, но из нашего круга. – Рита встала с кровати. – Я очень тебя люблю. Безумно сильно! И ты тоже знаешь, что я права. Мне жаль тебя, до боли в груди, Вил. Но я не хочу сидеть и сыпать пустыми и безосновательными утешалками. Я знаю тебя, и знаю, что чем быстрее ты примешь ситуацию, тем раньше начнёшь мыслить рационально. Ты прекрасно знаешь, что я не умею сопли подтирать. И за тобой такого раньше не наблюдала. Я попыталась тебя ободрить, как умею, уж извини.

После этих слов девушка вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Вилоре явно было о чём подумать наедине с собой.

К празднованию всё уже было готово ещё днём, но пришлось переносить мероприятие на более позднее время.

Решили сдвинуть торжество на полночь, так как в семь часов вечера Вилора была ещё в истерике. Тем не менее, к десяти часам гости уже понемногу начинали собираться в клубе. Поэтому программу тоже срочно перекроили, чтобы никто не почувствовал подвоха, особенно журналисты, ну и, конечно же, не заскучал.

В девять часов вечера Рита аккуратно заглянула в комнату сестры. Она снова спала или просто делала вид, но девушка не стала входить и пытаться разбудить её, дав ещё немного времени.

Поднялась Вилора около десяти вечера. Она сразу прошла вниз в поисках семьи. Родители сидели в гостиной. Над ними висело, словно густая грозовая туча, хмурое и напряжённое молчание.

– Пап, есть новости? – но по виду отца уже поняла ответ и продолжила. – Я читала бумаги. И знаю все условия.

Амуни виновато посмотрел на дочь.

– Я выйду за него.

– Дорогая… Мы ищем пути. Ещё рано сдаваться!

– Не нужно больше искать. Я так решила.