Правление волков

– Шквальные! – скомандовала Надя своим войскам, и они с Адриком вскочили на ноги, объединяя силы, чтобы расчистить завалы из земли и камня, освободить своих товарищей.

И тут Надя замерла.

– Амелия! – воскликнула она. Ветер, призванный ею, стих. Она уставилась на одну из одурманенных гришей, худенькую девушку с каштановыми волосами, в выцветшем комбинезоне и ботинках, явно слишком тяжелых для похожих на палочки ног.

– Святые, – выдохнула Тамара. – Она фабрикатор. Пропала во время миссии неподалеку от Черности.

Николай вспомнил. Надя работала с ней вместе до того, как ее пленили.

Тамара схватила Надю за плечо, потянув назад.

– Ты сейчас ей ничем не поможешь.

– Я должна попытаться!

Но Тамара не разжала руку.

– Она считай что мертва. Я скорее топор ей в голову кину, чем позволю тебе сунуться в эту ловушку.

Амелия, вместе с прочими одурманенными фабрикаторами, вскинула руки, намереваясь вызвать еще одно землетрясение.

– Они у меня на мушке, – сказал Толя, вскинув ружье.

– Постой, – велел Николай.

– Стреляй, черт тебя подери! – процедил Адрик.

Надя сбила его с ног порывом ветра.

– Они не смогут заставить нас убивать наших друзей, таких же, как мы! Мы делаем работу фьерданцев за них.

– Это уже не наши друзья, – отрезал Адрик. – Они призраки, не сумевшие уйти в лучший мир, проклятые, отчаявшиеся и жаждущие крови.

Николай дал знак второй волне атакующих приготовиться, в то время как их флайеры старались подобраться к фьерданским позициям достаточно близко, чтобы обстрелять транспортер и самим не попасть под перекрестный огонь.

И тут он услышал его, звук, напоминающий мерное тум-тум-тум, словно биение сердца, слишком ровное для громовых раскатов.

Все головы повернулись на восток, к небу, в котором три огромных дирижабля – больше, чем любые другие воздухоплавающие машины, виденные Николаем прежде, – показались из-за облаков. На их корпусах не было керчийской летающей рыбы.

– Они пришли, – выдохнул Николай. – Думаю, ты задолжал мне извинения.

Толя нахмурился.

– Признай, что ты тоже в этом сомневался.

– Я надеялся. Надежда – совсем не то же самое, что сомнения.

Николай знал, что дипломатические переговоры Зои с керчийцами заранее обречены на провал. Знала это и она сама. Керчийцы всегда руководствовались только выгодой и наверняка собирались держать нейтралитет.