Правление волков

– Ваше величество? – пораженно окликнула Амелия, когда Николай перекинул ее руку себе на плечи. Ее ресницы покрывал слой порошка, зрачки были расширены.

Николай видел, как повсюду фьерданцы ломают строй под напором смуты, вызванной прибытием земенцев. Небеса кишели земенскими и равкианскими флайерами. Фьерда лишилась своих гришей-убийц, и половина фьерданских танков лежала на поле боя дымящимися обломками.

Николай, в числе прочих, спешно миновал поле, ведя с собой бывших пленников. Он передал Амелию целителю, а затем потребовал лошадь и крикнул Толе:

– Идем!

Ему хотелось увидеть всю картину с воздуха.

Добравшись до взлетной полосы, они запрыгнули во флайер. Мотор взревел, и они рванули ввысь.

Вид сверху одновременно дарил надежду и ужасал. Фьерданские линии были смяты, они отступали, но какой бы короткой ни была битва – даже не битва, скорее, стычка, – ущерб потрясал. Котлован, полный грязи, вырытый гришами-фабрикаторами, воронки от мин и борозды от гусениц, изуродовавшие землю.

Тела, лежащие в грязи: фьерданцы, равкианцы, гриши в ярких кафтанах, хрупкие истощенные пленники, не сумевшие перейти поле.

И это было лишь началом.

– Это будет совсем другая война, да? – тихо спросил Толя.

– Если мы ее не остановим, – ответил Николай, глядя на отступление фьерданцев.

Крошечная победа не решила проблем с его происхождением, не наполнила казну и не увеличила число солдат в их армии, но, по меньшей мере, заставила фьерданцев перегруппироваться.

Равке было не под силу усеять всю северную границу минами. Но фьерданцы этого не знали наверняка, поэтому им придется потратить драгоценное время на то, чтобы найти новые потенциальные места вторжения. Они больше не могли полагаться на парем, как на оружие против равкианских гришей. И самое важное – земенцы показали, что Равка не осталась одна. Фьерданцы хотели сыграть быстро и грязно. Этот день показал им, какой на самом деле будет их война. Посмотрим, что ваша страна скажет о сражениях теперь, когда и ее солдатам пришлось пролить кровь.

Николай аккуратно посадил свой флайер на летную площадку самого большого воздушного корабля, резко останавливая машину, тормоза которой натужно скрипнули.

Калем Керко тут же подошел поприветствовать их с Толей. На нем был синий комбинезон, короткие волосы завивались.

– Ваше величество, – произнес он, коротко поклонившись.

Николай хлопнул Керко по спине.

– Давайте без церемоний.