Правление волков

Она нарушила прямой приказ Адрика, отправившись в Ледовый Двор, чтобы найти себе место, откуда она сможет помочь гришам и Равке. Она старалась как могла, устраивая свои фальшивые чудеса; она подслушивала и использовала все имеющиеся в ее арсенале уловки, чтобы собрать побольше сведений и передать зашифрованным посланием все, что ей удавалось наскрести, о передвижении войск или разработке оружия. Но то, что Брум раскрыл места, с которых Фьерда намеревалась начать свое вторжение, было простой удачей, а не серьезным шпионажем.

– Слушай внимательно, – продолжила хранительница. – Времени у нас немного.

– Она хочет, чтобы ты сделала что? – прошептала Ханна, распахнув глаза цвета меди, стоило им вернуться в комнаты, а Нине рассказать ей о своем задании. – И кому я только что исповедалась?

– Шпионке-гришу. О чем ты ей рассказала?

– Сочинила что-то об излишней любви к сладкому и ругательствах в священные дни Джеля.

Нина рассмеялась.

– Идеально.

– Вовсе нет, – возразила Ханна, поморщившись. – Что, если бы я рассказала ей что-то личное о… чем-угодно?

– Например?

– Так, ничего, – ответила Ханна, покраснев.

 – Так что она хочет, чтобы ты сделала?

Распоряжения хранительницы были просты и понятны, но Нина даже представления не имела, как подступиться к их выполнению.

– Выяснить, где хранятся письма от Татьяны Ланцовой.

– Эта часть не так уж и плоха.

– И подобраться поближе к фальшивому Ланцову, – продолжила Нина. – Выяснить, кто он на самом деле, и, если получится, дискредитировать его.

Ханна прикусила губу. Они устроились на ее кровати с горячим чаем и тарелкой печенья.

– А не могли бы мы просто… ну, не могла бы ты просто устранить его?

Нина рассмеялась.

– Полегче. Это я здесь безжалостная убийца, а ты – голос разума, не забыла?

– Полагаю, мои слова в высшей степени разумны. Король Равки на самом деле бастард?

– Я не знаю, – медленно, словно раздумывая, призналась Нина. – Но, если фьерданцы это докажут, я сомневаюсь, что ему удастся удержать трон.

В тяжелые времена люди, как правило, сильнее тяготеют к традициям и суевериям. – Гришей королевская кровь волновала меньше, но даже Нину с детства растили с мыслью о том, что Ланцовы избраны свыше, чтобы управлять Равкой.

– А Вадик Демидов? – спросила Ханна. – Самозванец?

– Его смерть не вернет Николаю статус законнорожденного. А вот если мальчишку выставить лжецом, это заставит сомневаться во всей ситуации, да и во всех словах фьерданского правительства.