Рыжик для Миши

Он умел проявлять сочувствие к каждому ученику, позволял опаздывать в пределах десяти минут на его уроки и был классным руководителем 8Б класса, где учился Михаил Костилев и Виталий Какашкин. На вид учителю двадцать три – двадцать пять. Одевался он всегда во все черное, делал лицо белое, а ногти на руках красил в черный лак для ногтей. В первые дни преподавания, многие считали преподавателя чокнутым, но со временем все привыкли к Леониду Александровичу.

Миша некоторое время думал и задавал себе некоторые вопросы на которые, увы, не было ответов.

Куда смотрела директриса школы? Немыслимо взять в учителя – гота! А потом и директриса учудила номер. Директор, Алина Павловна, после разговора с Леонидом Александровичем, тоже стала косить под гота, подражая новому учителю. По школе теперь ходила вся бледная, в черных костюмах, периодически меняя юбку на деловые штаны. На переменах вместо скучных трелей звонка стал звучать мягкий рок.

Леонид Алексеевич положил на стул дипломат, поправил галстук, прочистил горло, осмотрев класс.

Его черные глаза скользнули по опустевшим школьникам головы, лишь на долю секунды задержавшись на Костилеве.

– Михаил Костилев. – Он поднял руку и жестом показал Михаилу встать. – Алина Павловна просила тебя зайти к ней в кабинет.

Миша скривился. Он мысленно стал проверять все свои проказы, которые Миша планировал сделать третьего сентября, но пока не успел осуществить задуманные планы, приведя их от слов к действию. Краем глаз Миша заметил, как Виталий поджал губы, закатив глаза к потолку.

– Костилев, – шепотом произнес Витя в ухо Миши. – Ты если пакостить захочешь, то зови меня в следующий раз для компании. Мы и так в дыре живем, учимся скучно, а так хотя бы развлечение будет. Для Какашкина Москва всегда считалась непреодолимой скучной дырой, после поездки с родителями в Японию в семилетнем возрасте.

Михаил улыбнулся и медленно встал. Виталий вызывающе посмотрел на учителя, ожидая дальнейших действий. Леонид Алексеевич встретился с Мишиным другом взглядами.

Учитель минуту подождал, придумывая как преподнести новость, и, не придумав ничего оригинального, указал на чистую черную грифельную доску.

– Какашкин к доске.

Виталий скривился, подавив в себе желание возразить учителю. Он без лишних слов поднялся, неспешной походкой петляя по проходу к доске. Миша собрал вещи в рюкзак, не забыв взглянуть на встававшего со своего места Виталия, направился к кабинету директора.

Кабинет директора находился на четвертом этаже.